В комнате повисло напряженное молчание. Потом сеньор Касуэло потер руки:

— Нет смысла тонуть в мрачных мыслях о том, чего мы не можем изменить. Лучше сосредоточиться на том, что в наших силах, а?

— Воистину, — ответил Сэм, уставившись на экран своего айфона. — Я позвоню насчет денег. У меня осталась информация о счете, полученная от Карлоса.

— Тогда мы оставим вас, чтобы вы могли этим заняться, — решили брат и сестра.

Остаток дня прошел за составлением списков и набрасыванием наилучшего плана раскопок. Всем не терпелось приступить к работе, но следовало действовать осторожно, чтобы не повредить никакие артефакты.

Два дня спустя Фарго выскользнули из отеля «Четыре времени года» через боковой вход и нырнули в поджидавшую их машину, которой управлял один из людей Феррера. Они заказали номер в «Эль Оазисе» — мотеле в шести кварталах от древнего города. Удобства там были самые примитивные, но кондиционер и душ работали, пусть и кое-как, что уже превышало ожидания супругов.

Теперь они стояли под брезентовым навесом, дававшим желанную тень, и смотрели на возвышавшуюся перед ними заднюю часть храма Кетцалькоатля.

Лазло присоединился к Фарго, как только его в первый раз выпустили из клиники. Похоже, он чувствовал облегчение, покинув место, где его полностью контролировали, и всей душой предпочитал экспедиционную жизнь.

Жарило предвечернее солнце. Рабочие копали вдоль сорокафутовой секции основания пирамиды. Они заслужили свою скудную плату, проработав десять часов и перелопатив невероятно огромную груду земли.

Десятник уже собирался закругляться, когда один из людей — мужчина в насквозь промокшей от пота желтой футболке — что-то крикнул. Все ринулись к нему: он стоял в глубокой траншее на целый этаж ниже уровня почвы. Реми на несколько мгновений задержала дыхание, увидев, обо что ударилась его лопата: эта каменная поверхность была явно обработана человеком.

— Вот оно! — прошептала миссис Фарго.

Сэм направился к стоявшей неподалеку грубой деревянной лестнице. Впятером они спустились в траншею, и Антонио отдал отрывистый приказ. Человек в желтой футболке начал осторожно соскабливать землю, и к нему тут же присоединились двое других рабочих.

Час спустя показалась десятифутовая секция того, что явно было сводчатой крышей какого-то помещения. Рабочие, опершись на лопаты, тяжело дышали от усталости.

— Скоро наступит ночь. Можно продолжить завтра, — сказала Марибела, но Реми покачала головой:

— Нет, люди пусть идут — они заслужили отдых. Но мы зашли уже так далеко, что я точно не смогу уснуть, если мы хотя бы не попытаемся отыскать способ проникнуть внутрь.

Ее муж кивнул:

— С этим можно справиться и без рабочих. У нас есть небольшой опыт в такого рода вещах.

— Очень хорошо, — поддержал его Антонио.

Он тихо переговорил с десятником, который стоял в просительной позе с соломенной шляпой в руке, и бригада выбралась по лестнице из траншеи, прихватив с собой лопаты.

Сэм внимательно рассмотрел каменную поверхность и поднял взгляд на темнеющее небо.

— Можно включить вон те рабочие фонари? — спросил Лазло.

— Конечно, — ответила Марибела.

Она быстро поднялась по лестнице до уровня земли и переговорила с десятником, который в тот момент беседовал с охранниками.

Фарго крикнул ей из раскопа:

— Да, и еще нам понадобятся фонарики, монтировки и веревка!

Десять минут спустя они уже ощупывали швы строительного раствора, скреплявшего большие каменные блоки, которые образовывали крышу строения, — как бы высвободить один из них? Антонио, стоя на краю и глядя себе под ноги, окликнул остальных, и все подошли к нему.