— Пожалуй, — пожал он плечами. — На этой неделе у меня нет времени, но возможно, на следующей. Своего рода прощальный ужин, если можно так выразиться. В конце следующей недели я возвращаюсь в Соединенные Штаты.

— Правда?

Мануэль не мог видеть выражения лица Джули. В действительности его слова повергли девушку в смятение. Она не понимала, что с ней происходит, но она совершенно определенно знала: когда этот человек уедет, ей будет очень плохо.

— Гммм, — задумался на какой-то момент Мануэль. — Как насчет следующего вторника? Я заехал бы за тобой, как сегодня, и мы могли бы опять отправиться в «Белый дракон». Идет?

— Хорошо, — кивнула Джули и выскользнула из машины. Несмотря на договоренность о свидании, настроение у нее с каждой минутой ухудшалось. Она чувствовала себя больной, несчастной, хотелось плакать. Свое состояние Джули объясняла последствиями того эпизода в квартире Мануэля.

Машина умчалась, и Джули медленно пошла к дому. Целых пять минут она безуспешно пыталась отыскать ключи. Пришлось позвонить. Дверь открыла мать. Отца не было видно.

— Миссис Колинз родит, — объяснила мать, сопровождая дочь в гостиную. — Джули, в чем дело? На тебе лица нет. Ты не больна? Что-нибудь произошло?

— Ничего не произошло, но мне действительно нехорошо, — ответила Джули, прижимая руку к животу. — Ах, мама, кажется меня будет тошнить!

И ее начало страшно рвать. Склоняясь устало над ванной, Джули с удивлением думала: что же произошло с беспечной девушкой, которой она была всего несколько дней назад. Жалкая и разбитая, она хотела только одного — поскорее лечь в кровать и во сне забыть все тревоги.

Мать выкупала Джули в горячей ванне, надела на нее ночную рубашку, уложила в подогретую постель, выключила свет и оставила одну. Джули лежала в темноте, уставясь в пространство. Сон упорно не шел к ней. Слишком активно работающий мозг не позволял отключиться сознанию. Лишь когда около пяти часов утра забрезжил рассвет, Джули наконец задремала.

Глава 4

Она проснулась мокрым, дождливым утром. За окном лило как из ведра. В половине восьмого мать принесла чашку чая.

— Как ты себя чувствуешь, дорогая? — спросила она. — В состоянии идти на работу или сегодня останешься дома? Я могла бы позвонить мисс Фадерстоун и сказать, что ты немножко прихворнула.

Джули с удовольствием бы согласилась с предложением матери, но она была не из трусливых и знала, что, кроме ощущения легкого недомогания где-то в области живота, она вполне в состоянии выполнять свои обязанности; остаться же дома означало бы — спасовать перед эмоциями.

Отрицательно качнув головой, Джули выпила чай и сказала, что скоро оденется и сойдет вниз.

Придя на работу, она была рада, что не уступила минутной слабости. Не явилась сильно простудившаяся Донна, и если бы еще и Джули отсутствовала, то Мерилин пришлось бы одной трудиться за троих.

День тянулся медленно, и, когда наконец наступило половина шестого и можно было идти домой, Джули испытала огромное облегчение. В этот вечер она ожидала Пола. Он обычно приходил по четвергам, и если мистер Кеннеди был дома, они играли в бридж. Джули эти вечера доставляли большое удовольствие. Она находила бридж захватывающей игрой и уже достигла довольно высокого уровня мастерства.

В пятницу вечером мистер и миссис Кеннеди где-то ужинали с друзьями, а Джули вымыла голову и занялась прической. Затем вновь наступила суббота, и она встретилась с Полом. На этот раз они отправились на вечеринку к Саманте. Знакомые супругов Барлоу были в подавляющем большинстве людьми искусства — художниками, скульпторами, артистами, — и всегда было интересно посещать квартиру друзей, ибо никогда никто не знал заранее, какая знаменитость там могла вдруг объявиться.