— С дезой по-прежнему туго, — поддержал его Агольцев.

— А меня беспокоит другое — почему ЦРУ ведет себя так пассивно? — задался вопросом Писаренко.

— Забота о здоровье и безопасности ценного агента. Майкл об этом прямо пишет, — напомнил Сердюк.

— Забота? Что-то не вяжется с тем, как в ЦРУ вели себя раньше. То гнали, как на пожар, а тут вдруг резко ударили по тормозам!

— Посчитали все риски явки в Пятигорске и отказались, — предположил Агольцев.

— И не только это. Василий Григорьевич прав, — согласился Градов с доводом Писаренко.

— Позвольте высказать свое соображение, Георгий Александрович? — попросил разрешения тот.

Градов кивнул головой. Получив поддержку, Писаренко заговорил напористо:

— Товарищи, давайте посмотрим на действия Фантома с позиции Перси. А они, с точки зрения психологии…

— Василий Григорьевич, психология она, конечно, хороша, но речь не о ней, а о том, как грамотно вернуть Николая в игру! — перебил его Агольцев.

— И я о том же! — отрезал Писаренко и продолжил: — Обратимся к началу операции. Что мы имели? Фантом-Литвин, рискуя, едет в Киев, выходит на ЦРУ, ведет торг, получает крохи, на этом не останавливается и пытается получить весь куш. А сегодня, когда до него остается всего шаг, он уходит в сторону. Где логика?

— Не в сторону, а проходит курс лечения, — буркнул Агольцев.

— Но он же не инвалид?

— Василий Григорьевич, смотри не сглазь, — пытался смягчить остроту спора Градов.

Но Писаренко было уже не остановить:

— И опять-таки, вернемся к психологии. Нет сомнений, что в ЦРУ просчитали Фантома нахальным, нахрапистым, ради денег готовым на все. А что происходит сейчас? Он едет в Пятигорск, вместо того, чтобы здесь, в Москве выкачивать деньги из ЦРУ. Как-то не вяжется с его характером. Это…

— Все вяжется! — перебил Агольцев. — Ему из ЦРУ так и указали: «Сиди тихо и не высовывайся!»

— Согласен, в позиции ЦРУ есть своя логика, но ее нет в поведении Фантома. Он что, стал другим? — гнул свое Писаренко.

— Василий Григорьевич, то, о чем ты говоришь, имеет место. Но мы, в первую очередь, должны исходить из логики развития операции. Хорошо, Фантом выходит на Перси передает информацию, которую мы с горем пополам наскребли у ракетчиков, а дальше что? Тупик! — возразил Сердюк.

— Но не идти же нам на поводу у ЦРУ! Надо навязывать свою тактику! — не сдавался Писаренко.

— Психология? Тактика? Завяжут они нас узлом, вот тогда я на тебя посмотрю! — потерял терпение Агольцев.

— Тихо, тихо, товарищи! — остановил спорщиков Градов, и подвел итог: — Каждый из вас по-своему прав. Речь надо вести не о том, что хуже, или что лучше, а как сохранить операцию и не создать проблем для Николая. В конце концов, за всех нас перед ЦРУ отвечать ему одному, — и, обратившись к Кочубею, спросил:

— Сам-то что думаешь, Коля?

Тот переглянулся с Сердюком и ответил:

— Перейти к запасному варианту, товарищ генерал полковник.

— То есть, после лечения — перевод к миротворцам в Абхазию? — уточнил Градов.

— Да, и тогда уже Перси, а не мы будет ломать себе голову, как выйти на явку и какое дать задание. За один день это ему не сделать. Что касается психологии, я согласен с Василием Григорьевичем — Литвин ждать бы не стал и попытался урвать свое. Поэтому, перед тем, как отправиться в Абхазию, я полагаю, надо скинуть Майклу дезу и потребовать денег.