Через полтора часа они добрались до 204-го поста миротворцев, и не успели приступить к поиску, как появился Гонтарев. После беседы с ним и осмотра места проведения явки с агентом, Быстроног и Кочубей сошлись во мнении — Олег стал жертвой подставы грузинской спецслужбы. Теперь, когда все осталось позади, они посчитали, что отделались сравнительно легко. Но так не считал начальник управления генерал Золотов. Он устроил жестокий разнос Быстроногу. А спустя сутки из Москвы поступила разгромная шифрограмма. Подписал ее Градов. Самыми мягкими в ней были выражения: «ряд руководителей отделов безопасности на местах самоустранился от непосредственной работы с подчиненными, имеющими на связи агентуру из оперативной среды; слабый контроль и пренебрежение мерами собственной безопасности привели к возникновению чрезвычайной ситуации, чреватой серьезными политическими последствиями».

В заключение Градов вменил руководителям отделов в Республиках Абхазия и Южная Осетия обеспечить плотный контроль за работой оперативного состава с закордонной агентурой и потребовал проводить явки только в дневное время, под прикрытием группы, укомплектованной опытными, имеющими боевой опыт сотрудниками.

Прошло два дня, и вслед за шифровкой в Сухум прибыл полковник Агольцев с задачей: оказать помощь руководителю и оперативному составу отдела в организации контрразведывательной работы по противодействию разведывательно-подрывной деятельности грузинских спецслужб. Направляя Агольцева в Абхазию, Градов исходил из той сложной обстановки, которая в последнее время складывалась в регионе. В условиях ее обострения и нарастания военного противостояния он полагал, что ЦРУ предпримет действия, направленные на восстановление связи с агентом Фантомом и активизацию работы с ним.

В своем прогнозе Градов не ошибся. 2 июля 2008 года на сайте «Ракетная техника. Новинки, изобретения, предложения» появилось очередное шифрованное сообщение для Фантома.

«Майкл Фантому.

Прошу Вас изучить возможность перехода через границу на территорию Зугдидского района для проведения личной встречи. О наличии такой возможности, при условии минимального риска для Вас, сообщите в течение ближайшей недели по известному каналу.

Точное время и место встречи сообщим дополнительно. Ваша безопасность нами гарантирована.

Глава 9

Пошел третий месяц пребывания Перси в Грузии. Вырвавшись из-под невыносимого морального и психологического гнета Саливана, он отдыхал. Обстановка в тбилисской резидентуре была по-настоящему деловой и творческой. Ее руководитель Дик Дуглас, несмотря на то, что был на девять лет моложе Перси, оказался настоящим профи. Пройдя в разведке все ступеньки карьерной лестницы, он не понаслышке знал работу сотрудников-агентуристов и ценил в них больше не умение написать бумагу и подать ее наверх, а способность, казалось бы, проигрышную ситуацию обернуть на пользу дела. Любимым коньком Дугласа являлась перевербовка агента противника и проведение через него оперативной комбинации. В этом Перси увидел для себя большой плюс — его стихией была живая работа с агентурой, а не протирание штанов в кабинете.

С первых минут знакомства с Дугласом они заговорили на одном языке — языке разведки. Тот не стал донимать Перси нудными наставлениями, надувать щеки и корчить из себя всезнайку. Ему требовался результат, а не щелканье каблуками. Такой подход к делу нравился Перси и настраивал на результативную работу. Дуглас тонко уловил его настрой и, с учетом опыта, приобретенного в прошлой командировке в Грузию, поручил взаимодействие с местными спецслужбами и организацию разведопераций против сепаратистских режимов в Абхазии, Южной Осетии и российских миротворческих сил.

Получив карт-бланш, Перси рьяно взялся за работу. Ее масштаб, а еще больше те надежды, что возлагались в Лэнгли на тбилисскую резидентуру в реализации плана «Чистое поле»: возврат Грузией утраченных территорий — Абхазии и Южной Осетии и последующее вытеснение России из Закавказья, пробудили в нем здоровый профессиональный азарт и подогревали честолюбие.