Первым делом бросилась к почтовому ящику. От уведомления о срочной телеграмме на нем оставался лишь обрывок бумаги. Значит, Поль был здесь! Она лихорадочно порылась в сумочке в поисках ключа, открыла ящик. Пуст. Значит, Полю стало известно, что его жену ждут. В лифте принялась быстро соображать. Он сел в «вольво» и поехал за ней. Потом кто-то его там убил… скорее всего, какой-то недруг… Она вышла из лифта, вставила ключ. Замок заперт только на защелку. Странно! Она пощелкала замком. Поль, при своей осторожности, никогда бы не ушел, просто захлопнув за собой дверь. Она вошла в квартиру. В прихожей темно. Но в кабинете горит свет.

— Поль! Ты дома?

Голос у нее слегка дрожал. Он все-таки жив. Значит, с ним надо будет поговорить прямо сейчас. Она зажгла верхний свет.

— Поль… Это я.

Поставила чемодан на стул и, собрав всю свою волю, поскольку предстояло объяснение, направилась из прихожей.

— Это я… Приехала из Ниццы, раз ты хочешь знать…

Открыла дверь. Поль лежал возле стола. Тело его после падения как-то странно скрючилось. Валялся выпавший из руки пистолет, большой пистолет, которого она раньше никогда не видела. А ее записка… прощальное письмо… лежала на паласе в двух шагах от трупа… Флоранс ухватилась за ручку двери. Голова шла кругом… Значит, он покончил с собой… записка его убила… Но тогда в Ницце… Она уже не пыталась понять… Про себя повторяла: «Неужели он так меня любил… Невероятно… Не мог он меня так любить…»

Она отступила на несколько шагов, чтобы не видеть тело, и провела по глазам тыльной стороной руки… «Это сон… Он покончил с собой из-за меня… О! Поль, если б я только знала!.. Поль… если б ты мне сказал…» Заставила себя вернуться в кабинет. На столе были разложены, как обычно перед сном, связка ключей, бумажник, носовой платок… и телеграмма, смятая, будто в порыве гнева. Флоранс взяла ее и спрятала в сумочку. Уничтожит потом. Самоубийство окончательно выводило ее из-под удара. Ей стало стыдно за эту мысль, но факт оставался фактом. Поль был уже не в себе из-за взрыва на вилле и окончательно сломался, когда узнал… Другого объяснения быть не может. А как же «вольво» в Ницце? Вероятно, угнали. Рене прав. Поль… Рене… почему они ее любили? А ей нужно было всего немного уважения…

Надо сообщить в полицию. Она сняла трубку, еще раз посмотрела на распростертое тело. Между ней и свободой оставался только этот труп.

— Алло… полиция?

— Будьте же благоразумны, мадам, — говорил Маньян. — Нельзя отрицать очевидное… Блеш, доверенное лицо вашего мужа, проследил за вами до вокзала. Под вымышленной фамилией вы поехали к своему другу Рене Аллио. Это тоже установлено благодаря показаниям Блеша… Ваш муж, вернувшись в Париж, нашел телеграмму Аллио и записку о разрыве и сразу же уехал на «вольво». При нем был пистолет калибра 6,35, который нашли в гараже гостиницы «Бристоль». Таковы факты. Вы не можете их отрицать… Итак! Мы не знаем в точности, что произошло в гараже… ведь Рене Аллио мертв… но обвинению не составит труда воспроизвести сцену. Вы сами признаете, что ваш друг первым вошел в гараж. Там соперники и столкнулись лицом к лицу: ваш муж только что приехал, а любовник пришел за своим «ситроеном»… Оба вооружены.