– На жилище обыкновенного злодея, – поправила Маша. – Кроме того, лейтенант, откуда вы знаете, как выглядит жилище злодея?

– В кино видел. Замок Дракулы, – отрезал Казаков. – Ребята, выбираемся. Похоже, нас пригласили в гости.

– Неплохо, – процедил Веня Гильгоф, стоя у дверей вездехода. – Но к сожалению, теория об инопланетном происхождении этой штуки не проходит...

– Я же говорил – должна быть операция прикрытия, – радостно воскликнул Казаков. – Эгей, есть кто живой?

– Пройдите, пожалуйста, через шлюз, – донесся серьезный мужской голос из скрытого где‑то под пластиковыми панелями стен динамика. – Затем следуйте по правому коридору до трапа и поднимайтесь на второй этаж.

– Он еще и двухэтажный, – ахнула Маша, наблюдая, как открывается широкая дверь. – Значит, это не обычный челнок. Стандартные спускаемые аппараты никогда не бывают многоярусными.

– Что‑то не похоже это на операцию прикрытия, – вставил Эккарт, разглядывая просторный отсек, где находился транспортер. – Как они нас сюда втащили, ума не приложу.

– Нам дали четкое и ясное указание, куда идти, – ответил Казаков. – Значит, так и сделаем. Прихватите на всякий случай оружие. Кстати, заметили, что корабль не движется? Мы по‑прежнему торчим на Сцилле.

Дальнейшие открытия превзошли все и всяческие ожидания.

Длинный и широкий корпус странного корабля прорезался двумя параллельными коридорами, ведущими от входа в реакторный отсек к юту и соединенными между собой двумя проходами. По сторонам коридоров находились прозрачные двери, ведущие в затемненные помещения. Было видно, что внутри размещается какая‑то аппаратура.

– Напоминает "Патну", не правда ли? – Маша покосилась на Казакова, и тот только кивнул.

– Да, роскошно. Покойный "Триглав" по сравнению с этой штучкой выглядел летающим корытом. Прямо‑таки уменьшенная копия "Патны".

Под ногами пружинило бежевое ковровое покрытие; лампы освещения, слегка напоминающие вытянутые матовые овалы, давали мягкий и устойчивый свет. Двери слева, скорее всего ведущие в каюты, были облицованы темными деревянными панелями. Коридор закончился, упершись в большое помещение трапециевидной формы, занимающее носовую часть корабля. Оно смахивало на столовую или прекрасно оборудованную кают‑компанию. Пластиковые столы "под дерево", автоповар в шикарном корпусе, на стенах, между четырехугольными иллюминаторами, сейчас закрытыми шторками, – пейзажи Земли. И не обычное трехмерное изображение с подсветкой или репродукция, а самая настоящая живопись.

– Жилище эстета, – хмыкнул врач, глядя на идеальный порядок, царящий в общей зале. Мягкие сиденья, телевизор с жидкокристаллическим экраном...– Мне здесь нравится.

– Кажется, нам сюда. – Справа располагалась металлическая винтовая лестница, ведущая на второй уровень корабля. Казаков недоверчиво потрогал ажурные кованые перила. Разумеется, теперь не могло и речи идти об "операции прикрытия". Стандартные военные и исследовательские корабли никогда не оборудуют настолько роскошно – подобные излишества обходятся чересчур дорого. И вдобавок лейтенант никак не мог опознать тип корабля. Случается, конечно, что частные лица из среды очень обеспеченных предпринимателей позволяют себе нехитрые развлечения наподобие челночных модулей, способных летать в космосе и доставляющих скучающему владельцу маленькие радости: я, мол, летал отдыхать на Афродиту на собственной яхте!.. Но подобные "яхты" всегда оборудовались на основе стандартных космических кораблей, производимых известными фирмами – "Уэйленд‑Ютани", европейской "Альфой" или российским концерном "Энергия".