– Все, что я делаю, я делаю законно. – Выпустив пар, он успокоился и, доставая из ящика чековую книжку, проговорил:

– Сожалею от том, что произошло с домом Мака. Это не мой стиль. Каков ущерб?

Поскольку я не сторонник излишних церемоний, к тому же деньги возвращались Маку, я сказал:

– Тысяча долларов покроют убытки. – И добавил: – Еще ставлю вопрос о моем "лэндровере".

Он взглянул на меня из‑под серых бровей и сказал едко:

– Не пытайтесь вытрясти из меня лишнее. Что там еще?

Я рассказал ему, что случилось на дороге к Кинокси.

– Говард велел Вейстренду потолкать меня, и тот постарался.

– Я, кажется, воспитал идиотов, – проворчал он и, выписав чек, перебросил его мне через стол. Чек был на три тысячи долларов.

Я сказал:

– Вы предупредили вашу дочь. Может, теперь предупредите и сына? Если он будет еще фокусничать, я попорчу ему внешний вид, будьте уверены.

Маттерсон посмотрел на меня оценивающим взглядом.

– Что ж, это вам по силам, а ему поделом. – В голосе его послышалось презрение, и я на мгновение даже почувствовал жалость к нему. Он взял телефонную трубку.

– Соедините меня с кабинетом Говарда.

Он прикрыл микрофон рукой.

– Я это делаю не ради Говарда, Бойд. От вас я избавлюсь все равно, но это будет на законном основании, и вам не удастся отыграться.

В трубке что‑то крякнуло.

– Говард! Послушай‑ка. Оставь Бойда в покое. Я сам им займусь. Да, он отправится к плотине. Он имеет право там быть. Да, законно. Что он будет там делать? Неважно, отстань от него, слышишь? Кстати, ты имеешь отношение к этой истории с домом Мак Дугалла? Не знаешь? Ну, спроси свою сестру‑идиотку.

Он шлепнул трубку на место.

– Удовлетворены?

– Конечно, – сказал я. – Я ведь не хочу неприятностей.

– Но вы их будете иметь, – пообещал он. – Если не помнете Форт‑Фаррелл. С вашим прошлым вы легко можете угодить в кутузку.

Я подался вперед.

– С каким прошлым, мистер Маттерсон?

– Я знаю, кто вы, – произнес он надменным голосом. – Ваше новое лицо не обманывает меня, Грант. Ваш послужной список в полиции достаточно обширен: воровство, баловство с наркотиками, нападение на человека. Вы – преступник, и стоит вам сделать один неверный шаг в Форт‑Фаррелле, как вас быстро упекут. Не затевайте здесь ничего, Грант, оставьте нас тут в покое, и вас никто не потревожит.

Я задохнулся от неожиданности:

– Я вижу, вы выражаетесь без обиняков.

– Это моя обычная политика. И предупреждений своих я не повторяю, – сказал он убежденно.

– Значит, сержант Гиббонс вами подкуплен.

– Не будьте глупцом, мне незачем подкупать полицию, она и так на моей стороне. Гиббонс будет следовать закону, а он – против вас.

Интересно, откуда он узнал, что я был Грантом, подумал я. И тут я понял, что это он подослал того частного детектива, чтобы навести обо мне справки. Но он не стал бы этого делать, если б его что‑то не беспокоило. Значит, он все же кое‑что скрывает, и это придало мне уверенности. Я сказал:

– Ну вас к черту, Маттерсон! Я сделаю то, что считаю нужным.

– Тогда мне вас жаль, – сказал он мрачно. – Послушайте, мальчик, не вмешивайтесь в эти дела, не связывайтесь с тем, что вас не касается. – В его голосе мне послышалась странная нота. Если бы он разговаривал не со мной, я бы решил, что это умоляющая интонация.

Я сказал:

– Как мне добраться обратно до Форт‑Фаррелла? Ваша дочь привезла меня сюда, но обратно она меня, я думаю, не повезет.

Маттерсон холодно произнес:

– Ничего. Вам полезно пройтись.