Ее мать навещала свою больную девочку. Она стояла, скрестив руки и сжав губы, мрачно размышляя.

Девочка заболела от расстройства, так ей хотелось замуж. Королева вспоминала о собственной свадьбе. Об ошеломляющем послании, пришедшем из Англии, что ее выбрал будущий английский король. Вспоминая это, она была полна сочувствия к дочери.

– Вы ведь понимаете, что мы должны быть уверены, что он свободен и вправе жениться на вас.

– Я понимаю, мама.

– Когда мы убедимся, не будет причин тянуть со свадьбой. – Она подошла к шкафу и принялась рассматривать платье. – Вы прекрасно сшили его, я думаю, что в награду за прилежание вы сможете использовать его по назначению.

Королева вернулась к постели и посмотрела на дочь. Принцесса в самом деле больна… больна от страха, что у нее не будет мужа.

Королева скажет королю, что принцессу-наследницу обязательно надо выдать замуж. Дочерей в семье хватает.

– А все же, – бубнил король, – я не знаю точно. На самом деле он не хотел, чтобы дочь выходила замуж. Но еще больше он опасался отдать дочь мужчине, который не сможет быть ее мужем.

– Я не уверен, – говорил он. – Я жалею, что ей сделали это предложение. Лучше бы о нем и не слышать, а? Что?

Королева говорила, что она тоже не сторонница этого брака, но раз уж принцесса так настроена, то она не возражает. Другого мужа ей не найти. Есть ведь и еще дочери.

– Они счастливы дома.

– Они бы вышли замуж, если бы было возможно.

– Н-да, – сказал король.

– Наследная принцесса останется больной, если брака не будет, Она может сделаться калекой. Такие вещи случаются. Зачем нам больные в семье?

Королева резко замолкла. Король забеспокоился. Они вместе подумали о самой ужасной из всех болезней, которая губила его, отнимая у него рассудок.

– Я… я принимаю разъяснения, – сказал он. – Мы дадим согласие на брак. Все случилось давным-давно. Эта женщина, должно быть, умерла, Да? Что?

– Я думаю, что женщина должна быть мертвой.

Она надела свое подвенечное платье и в королевской часовне Сент-Джеймса была связана узами брака. Отдавал ее мужу король, а венчал архиепископ Кентерберийский и Йоркский.

Она сияла, муж тоже был доволен, но король был так напряжен, что можно было ждать нового приступа его болезни. Позже, в гостиной королевы, он говорил без умолку, и было ясно, что ему не хотелось расставаться с дочерью.

Наследная принцесса без грусти расставалась с семьей. Наконец-то она замужем, и все ее страхи и дурные предзнаменования позади.

Она ласково обняла своих братьев и сестер, уезжая из Сент-Джеймса в Виндзор. Она хотела провести там несколько дней, прежде чем уехать с мужем и начать новую жизнь в чужой стране. Казалось, что призрак первой его жены был забыт навсегда.

Каролина, бывшая на свадьбе, вспомнила жениха, хотя прошло столько лет с тех пор, как она его видела, но он предпочел ее не узнавать.

Про себя Каролина строила им всем гримасы. «Я им чужая, – говорила она себе. – Семья не хочет, чтобы я была с ней». Но, может быть, больше всех не хотелось видеть ее на свадьбе жениху из Вюртемберга.

Он часто навещал ее. Они разговаривали о принцессе Шарлотте, он делился с ней своей тревогой по поводу здоровья Амелии. Каролина всегда внимательно выслушивала короля. И хотя он находил, что у нее слишком свободные манеры, в разговоре она бывает груба, что она слишком громко смеется и зачастую фамильярна, он всегда добавлял в оправдание, что она такая ласковая и такая любящая. Король любил ощущать ласку в семье.

Королева ее просто игнорировала.