Уверен, дай Ковбою несколько часов, он бы впрямь убедил испанцев, что все монеты в банке поддельные и он только из любви к революции готов забрать эти подделки за символическую плату, пуговицы там начеканить или пряжки для сапог.

— Что это вы тут устроили?!

В помещении Тереса избавилась от плаща и шляпы, зато где-то успела обзавестись большим револьвером без кобуры. Эйбарская копия "смит-вессона" под.455, британцы их массово закупали в 1915… ну а потом так же массово избавлялись, мы как-то в Ирландии купили три ящика этих револьверов "по весу металлолома", причем ящики были с печатями Королевской полиции.

— Вас на пять минут нельзя оставить? Наследили сапожищами по ковру, накурили… да еще золото рассыпали. Что дальше, будете из него домики строить, как малыши в песочнице?

— Но командир… — попытался ответить Пако, — мы тут…

— Ты тут золотом любуешься, а внизу твои герои вазу разбили, пишущую машинку грохнули, да еще стенографистку своими штуками почти до обморока довели. Ступай, разберись, пока эти храбрые герои вторую машинку не угробили! А то потом сам все донесения писать будешь. Особенно с Мигелем разберись!

— Мигель, который длинный или с побережья?

— Который теперь с отметиной на лбу! — Тереса продемонстрировала рукоять револьвера, — такой вот окружности.

— Понял, командир!

— Ну а у вас тут что? — сеньорита Гарза подошла к столу, присела на него, левой рукой зачерпнула горсть монет и медленно высыпала их обратно в общую кучу. — Что это за глупый бред про фальшивки?! На этих мешках печати Banco de España.

— К тому же, — неожиданно встрял в разговор Князь, — большая часть этих монет вообще не испанская.

— Это как?! — удивился Ковбой.

— А так, — Князь пальцем выудил из россыпи одну из монет и подтолкнул её на край стола, — я хоть и не банкир, но уж профиль Государя отличить сумею. Особенно на империалах "семь с полтиной", мне их бабушка иногда тайком от отца совала…

— Что, серьезно?! — схватив монету, Ковбой принялся разглядывать её на просвет. — Ну да, буквы ваши, греческие…

— Кириллические…

— … я и говорю, греческие. Цифры 7 и 50, сходится… а год 1897. Только что-то для трех десятков лет она больно чистой выглядит. А 20 франков не сто, по рукам гуляют изрядно.

Смотрел он при этом почему-то на меня, а не на Князя.

— Должно быть, свежая чеканка, — я пожал плечами, — советские монеты даже сейчас берут не очень охотно, в 20-е вообще мало кто решался торговать в открытую. А царские монеты могли взяться откуда угодно. Есть монетный двор, есть мастера, что там работали, есть изъятое или добытое золото… в чем проблема наделать еще империалов? Советское золото, испанское золото — какая разница, лишь бы вес монеты соответствовал стандарту Латинского союза.

— А я бы как раз эти монеты и проверил, — Ковбой неохотно вернул золотой в общую россыпь. — Если это и впрямь работа товарища Троцкого, кто знает, что там на самом деле внутри.

— Там сидит птенец мировой революции, — с абсолютно серьезным видом сказала Тереса. — Сейчас вылезет и клюнет прямо в твой красный нос. Нет, ну в самом деле, зачем вскрыли мешок? Была же договоренность, что раздел будет произведен в лагере, представителями вашей команды и Комитета.