Принесенная Минцем карта тоже оказалась героическая, то есть пробитая пулей. Причем, судя по черной бахроме пробоины, зажигательной. Можно сказать, повезло, могли бы остаться совсем без карты.

Впрочем, её изучение особо много не прояснило. Когда мы взлетали, я брал курс на юго-восток и в дальнейшем старался его выдерживать, насколько это получалось без компаса. Помню, минут через десять после взлета… нет, если считать бой со штурмовиком, то и все двенадцать… справа по курсу был виден довольно приличных размеров город. Судя по карте, хм, Памплона? Достав из планшета деревянную линейку, я начал прикладывать её так и сяк, пытаясь воспроизвести наш маршрут.

По расчету времени получалось, что мы пролетели Наварру и как бы не весь Арагон. Местность под самолетом была гористая, не сильно заселенная, но при этом глубоко в Пиренеи мы тоже не углубились. И к побережью не вышли — хорошо, что не вышли, потому что случилось бы это в районе Барселоны и уж там-то нас бы наверняка встретили. Точно пересекли одну большую реку, а затем ушли в облака. Скорость… в тот момент, как очередь разнесла нам кабину, приборная скорость была двести пятьдесят. Но по моим ощущениям, удирая от штурмовика, "савойя" раскочегарилась примерно до трех сотен в час, больше я выжимать из генератора и движков не рискнул.

В целом, все это было не слишком осмысленным занятием. Понятно, что мы сели где-то горной долине отрогов Пиреней. И что какое-то человеческое жилье в виде деревушки, а то и небольшого городка, поблизости имелось. Все-таки тут Европа, а не Сибирь. Идти к этому жилью проще всего на юг или юго-восток.

Только вот на руках у нас двое неходячих раненых, куча всякого разного барахла, не считая захваченного самолета и вид ровно такой, чтобы первый же встречный бросился звонить в полицию со скоростью собственного визга. Так себе раскладец.

— Как там раненые?

— Испанец более-менее, — отозвался Леви, — там обе дыры сквозные, чистые. Вид бледный, но держался молодцом… сейчас уснул. А вот Марко…

***

— Сейчас мне лучше.

Я промолчал, но, должно быть, сделал это слишком красноречиво. Марко слабо улыбнулся и добавил: — в самом деле лучше. Час назад, когда снова началась боль, орать хотелось… свою пилюлю я еще в самолете зажевал… хорошо, Князь поделился… так что пара часов у меня есть.

— Понятно.

У меня тоже была таблетка морфия. Косторез бдительно следил за их наличием, время от времени устраивая внезапные проверки. "Если вы не сдохнете от болевого шока, есть шанс, что я вас вытащу…". Только вот сейчас доктора с нами не было, а значит — и шансов у Марко не осталось.

— Мартин… скоро ведь закат, верно?

— Уже вот-вот начнется.

— Оттащите меня на опушку. Хочу последний раз взглянуть, пока еще могу.

— Это сделаем, — пообещал я. Носилок, правда, в самолете не было, но зато имелись винтовки, шинели, даже пара одеял. Да и вообще, до края леса тут недалеко, можно и просто на руках вдвоем с Князем дотащить.

— И еще… Мартин, понимаешь… я же католик… не то, чтобы совсем верующий, грешил изрядно, но сейчас… мне нужна будет помощь.

— На этот счет не волнуйся.

Вариантов тут действительно было немного — или я или Князь, не Тересу же просить, в самом деле. А Их Сиятельство таких вещей не любит. Конечно, если его поставить перед фактом, сделает что надо, но соплежуйства при этом разведет море и потом еще с месяц будет ползать унылой зимней мухой.