— Если ты хоть слово об этом пикнешь, Брим, — проворчал медведь, когда они тронулись с места, шурша полозьями по снегу, — в Содеске тебе больше не жить, а то и во всей галактике.

— Не бойся, я никому не скажу, — заверил Брим. — Разве что в моих мемуарах…

Урсис возвел глаза к небу и вдруг замер.

— Глайдер летит, — предупредил он, обхватив Брима за плечи. — Низко. — Он прижал голову Брима к груди. — Прикрой-ка руки.

Еще немного — и крылатый призрак скользнул вверху, летя сквозь снег. Сделав грациозный вираж, он развернулся, снизился и устремился обратно к саням. На сей раз он прошел всего в нескольких иралах над головами седоков, перепугав дрошката — тот поджал хвост и понесся куда глаза глядят, взрывая снег мохнатым брюхом. Сани чуть было не перевернулись, однако Южному удалось успокоить животное. Но тут глайдер вернулся, летя в каком-нибудь ирале над землей. Дрошкат свернул с дороги под прямым углом, и сани так накренились на левый бок, что седоки схватились за что попало. Бриму стоило большого труда прятать лицо на груди Урсиса, пока дрошкат несся сломя голову, преследуемый глайдером. Только когда из саней высыпался почти весь груз, пилоту, как видно, наскучила его забава, и глайдер, повернув, исчез в вихрях снега.

— Паскудный Облачник, — проворчал Урсис. Южный тем временем пытался сдержать запыхавшегося дрошката. — Ишь, пошутить вздумал.

— Мм-пф, — ответил Брим, высвобождаясь из крепких объятий медведя.

— Ох, прости, Вилф Анзор. Я забыл.

— Н-ничего. Лучше быть немного придушенным, чем попасть в плен. Я уж думал, что не вытерплю до конца.

Южный проревел что-то явно ругательное, указывая на дрошката, который улегся на снег, тяжело водя боками.

— Он говорит, что бедняга дрошкат слишком стар для таких скачек.

Брим нахмурился, глядя на мохнатого зверя.

— А до дому-то он нас довезет?

— Это только сам дрошкат знает, — пожал плечами Урсис. — Но будем надеяться, что да. Если я поголодаю еще немного, первой жертвой падет дрошкат. Больно уж он жилистый, правда.

— Полагаю, через пару метациклов нам станет все равно, — хмыкнул Брим.

Урсис поделился их соображениями с Южным, и все трое стали смеяться, но к смеху внезапно примешался вой, такой жуткий, что у Брима волосы стали дыбом. Он никогда еще не слышал, чтобы выли так близко, и сразу смекнул, что это не к добру.

— Скальные волки, — выдохнул Урсис, обернувшись в сторону, откуда шел вой. — Это, видно, глайдер их привлек, Вут бы его побрал.

Южный полез за своей лучевой пикой, а дрошкат заворчал, прижал уши, и его хвост, распушившись, стал нервно вилять из стороны в сторону.

Безоружному Бриму оставалось только вглядываться в метель и ждать, что будет.

Урсис вытащил свой старый бластер и скривился.

— Почти весь заряд я извел на «Максиме Чкалове» — надо было разобраться с ублюдками, которые хотели угнать катер, не дожидаясь тебя. Надеюсь, они не станут мстить нам с того света.

Волчий хор грянул снова, теперь гораздо ближе. Южный щелкнул кнутом и завопил, понукая дрошката. Тот не нуждался в особых увещаниях и поскакал по снегу так, словно был вдвое моложе.

Урсис поглядел назад и усмехнулся, несмотря на всю серьезность положения.