— В умении контролировать себя — да. И я, кстати, ни разу не сказала, что это плохо. Иначе сейчас сидела бы в курятнике с остальными леди и обсуждала бы… ну не знаю, что они там обсуждают, ни разу не была там.

— В курятнике? — переспросил Аргот.

Элайна поморщилась.

— Я этого не говорила, поняли? Курятник всего лишь помещение, в котором содержат куриц!

— А-а-а, — ехидно протянул Аргот, видимо догадался, что именно девочка обозвала курятником. — Конечно же, курятник — место, в котором содержат исключительно куриц.

— Вы о чём это? — завертел головой Шольт.

— Госпожа интересуется, где в деревнях держат кур, — серьёзно отозвался Аргот. — Что поделаешь, дворцовое воспитание.

Шольт глянул на серьёзного друга, на пытавшуюся спрятать улыбку Элайну.

— Да ну вас, — махнул рукой Шольт.

Хоть отсюда до башни было не очень далеко, можно было бы и пешком добраться, но по статусу Элайне пешком ходить не полагалось… Так-то плевать на статус, девочке и пешком приходилось мотаться по городу по необходимости, когда изучала отведенные беженцам места, но никогда не знаешь, куда придётся отправиться дальше, потому конь должен быть всегда под рукой.

И в высоком статусе Элайны был еще тот плюс, что вместе с ней ездил и конюх, который брал на себя заботу о коне девочки всякий раз, когда она где-нибудь останавливалась надолго. Ну а если нет, просто присматривал за лошадьми, в том числе и гвардейцев, те ведь постоянно при Элайне должны быть. Аргот, кстати, когда ему приходилось наблюдать выезд девочки, никак не мог понять, что это за человек, явно в одежде простолюдина, постоянно сопровождает процессию на неплохом коне. Теперь сообразил, наблюдая, как тот человек подводит Элайне коня и помогает ей забраться в седло.

— Сама не справляешься, что ли? — поинтересовался он.

— Нет. Мой рост слишком мал, до стремени не достаю. Нужна либо подставка, либо помощь. Но это не основное дело дядюшки Клора. Он еще за моим конём присматривает и заботится.

— Личный конюший…

— Герцогской семьи, если быть точным. Помощник главного конюшего в Лоргсе. На нём забота обо всех моих конях.

— А у тебя он не один?

— Четыре, но для дальнего путешествия я всегда выбираю вот этого, — Элайна потрепала коня по шее. — Правда, красавец? Я назвала его Буцефалом.

— Как?

— Буцефалом. Ну, по правде говоря, имя я честно свистнула из мира своего близнеца. Так звали коня одного царя. Ну, как царь он был, откровенно говоря, хреновый, зато как полководец не знал себе равных.

Девочка проследила, как Шольта устроил за спиной один из гвардейцев — у Аргота, оказалось, есть собственный конь… Точнее, конь отца, который сейчас ему был не нужен, и он разрешил сыну его брать, чтобы конь совсем не застоялся. Хоть немного, но разминка. Сейчас вот приходилось ждать, когда Аргот его оседлает. Правда, с помощью Клора это произошло быстро. Так что Аргот быстро пристроился рядом с девочкой, сгорая от любопытства.

— Как это? Почему если он хороший полководец, то плохой правитель?

— Я такого не говорила, я дала характеристику конкретному царю, который за свою жизнь не проиграл ни одного сражения и создал огромную империю…

— Так, значит, он хороший правитель.

— Которая развалилась сразу после его смерти, — закончила Элайна. — Война, Аргот, это всего лишь средство для достижения цели. Одно из, не больше. И даже не всегда главное. А если она сама по себе превращается в цель, то ничем хорошим это не заканчивается.