|
Ну пришли, ну стоят, бывает. Справимся. Видите, какие эти гарлы милые? А стоило Карену действительно произвести то впечатление, которое ему хотелось, как девчонка мгновенно выдавала какую-то невинную шутку, или допускала такую же невинную ошибку. Ну как можно сердиться на такую милашку за это? И все грозные речи Карена вдруг превращались в невинную пикировку по поводу исторических событий. А то, что Карен вообще не понимал, о чём речь, только делало ситуацию ещё более забавной в глазах окружающих. Гигантский дуболом-варвар и начитанная маленькая девочка в дискуссии о героическом описании событий в исторических книгах… Что может быть логичнее? И ведь всё так сумела провернуть, что даже тени оскорбления нет. Более того, любой скажет, что послам было оказано высочайшее уважение. Кого ещё так встречают и так уважительно с ними беседуют? Стать Карена на этот раз сыграла против него, она-то всем видна, а вот продемонстрировать мозги девчонка ему возможности не дала. И в конце он допустил большую ошибку, когда попытался перевести всё на Элайну Райгонскую. Про выкуп могло бы подействовать, будь там наследник или сам герцог, но кто упрекнет маленькую девочку в том, что она не погибнет на стенах города вместе с защитниками?
Но как это всё объяснить окружающим? Осмон замолчал. Продолжать стоять на своём — только хуже делать. — Вы ещё убедитесь, что я прав, — закончил он, покачав головой. — А слова наши ничего не стоят, если мы не сможем подтвердить их делом. Взять же столь укреплённый город с сильным гарнизоном — та ещё проблема. Так что неудивительно, что нас не приняли всерьёз. Лат некоторое время пристально смотрел на замолчавшего Осмона. Что-то отложил себе в памяти и отвернулся. — Давайте обсудим наши следующие шаги, — заговорил он, обращаясь к вождям…
Гарлы уже скрылись из вида, а Элайна всё еще продолжала сидеть на своём троне, продолжая смотреть им вслед. Капитан Дайрс искоса поглядывал на девочку, ожидая, когда она поднимется. Как они договаривались, это послужило бы сигналом к окончанию спектакля. Тем не менее девочка продолжала сидеть, а остальные гадали, что она ещё придумала. Тут капитан встретился с взглядом, полным отчаянной мольбы. Дайрс, вопреки договоренностям, чуть приблизился и слегка склонился. — Капитан, — отчаянным шёпотом проговорила девочка. — Я не могу встать. — Что? — удивился Дайрс. — Перетрусила так, что ноги не держат… Едва пытаюсь подняться, как они начинают дрожать… — В голосе девочки было столько отчаяния, что у капитана даже не возникло желания улыбнуться, хотя ситуация была довольно забавной. Перетрусила? Та, которая с улыбкой подтрунивала над послами гарлов, едва не доведя одного до белого каления? Дайрс даже ожидал, что он бросится, благо арбалетчики были наготове. И вот та небрежность в разговоре, с которой Элайна вела переговоры… Это она так перетрусила? Однако что-то решать надо было. — Держитесь, ваша светлость, — прошептал он. С этими словами капитан обошел трон, опустился перед девочкой на колено, потом мягко подхватил её под мышки, аккуратно поднял и водрузил себе на плечо, одной рукой придерживая её за талию, а второй за ноги, не давая свалиться. Граф Ряжский с удивлением глянул на них, но, к счастью, ничего не сказал. А вот Элайна сначала растерялась, но быстро нашлась. Подняла одну руку и замахала ею. — Все меня видят⁈ Тогда слушайте! Мы отстоим город!!! — Да!!! — подхватила толпа. Капитан медленно и неторопливо с Элайной на плече двинулся вдоль строя гвардейцев, а девочка с энтузиазмом махала рукой под общие восторженные крики. Это не планировалось, но получилось удачно. Уже в гостиной дома капитан аккуратно сгрузил девочку в кресло, и та, облегченно вздохнув, расслабилась. |
