— Леди… Никогда… Не следуйте ничьему примеру. Не надо. Просто делайте то, что подсказывает вам сердце. Создавайте свой собственный пример, чтобы другие следовали ему. У вас нет своей головы на плечах?

— Нужен кто-то достаточно смелый, кто укажет путь, — вдруг улыбнулась маркиза. — Это вам спасибо, леди. Я впервые почувствовала себя нужной, а не бесполезным украшением, которое защищают наши мужчины.

— Вы тоже?

— Да. Думаете, я не умею остановить кровь и почистить раны? Леди, я пятерых сыновей вырастила и двоих внуков. И если вы позволите, я бы хотела продолжать помогать раненым.

Элайна уже с интересом посмотрела на маркизу и кивнула. Потом глянула на остальных.

— Думаю, вы такая не одна окажетесь. Организовывайте… хм… отряд… гм… аристократок-милосердия и поговорите с Армоном Торгеном. Я предупрежу его, а то, боюсь, бедолагу сердце прихватит.

— Аристократок-милосердия? — усмехнулась маркиза. — Леди, вы совсем не умеете придумывать названия…

— Кто не умеет? Я не умею? — Возмутилась Элайна. — Да моим названиям все завидуют! Не хотите такое, пусть будет… Гм…

— Мы сами придумаем, — торопливо вмешалась маркиза, опасаясь, что Элайна сейчас действительно придумает.

— Никто в меня не верит, — пробурчала Элайна, но как-то несерьезно. — Эх, ладно, всё-таки я добрая очень, придумывайте.

Вокруг рассмеялись. Элайна же, попрощавшись, теперь уже отправилась к себе. Неплохо было бы переодеться. Надо бы объехать укрепления, но без доспехов её точно не отпустят. Снова напяливать эту тяжесть на себя. Отдохнуть бы ещё… Несмотря на весь предыдущий сон, всё равно хотелось прилечь. Первоначальный прилив сил уже схлынул. Но она и так времени много потеряла. Нужно показаться солдатам обязательно. Она не должна показывать, что закрылась в цитадели и боится отсюда нос высунуть. Вечно и везде это проклятое «надо». Уже надоело, признаться. Но… Надо!

Осмон понял, что ошибся почти сразу, как отвел войска из Западной крепости и начал сосредотачивать все силы в Восточной. Герцог моментально перехватил все более или менее приличные дороги, установив там свои крепости. И область действия гарлов моментально сузилась до собственно крепости и небольших окрестностей. Попытка прорыва ни к чему не привела. Точнее, саму эту деревянную крепость им захватить удалось, но что дальше? Западную они перед уходом постарались разрушить… Разломали механизм поднятия решетки на воротах, сожгли сами ворота, выломали все двери внутри, кое-где даже стену начали разбирать. Но это мелочи. За месяц всё восстановят. Но теперь и им там не закрепиться. Им-то этого месяца никто не даст.

— Нужно уходить, — заявил на совещании Осмон. — Иначе нас запрут тут.

— Мы задержим армию лакийцев… — попробовал кто-то возразить.

— Никого мы не задержим, — отрезал Осмон. — Никто не будет нас тут осаждать, а тем более штурмовать. Перекроют все пути своими крепостями, а сами пойдут на соединение с армией герцогства, оставив тут блокирующие силы. Тем более они уже и дорогу начали прокладывать в обход Восточной крепости.

— У нас много припасов…

— Сколько бы их ни было, но они конечны. А мы, замечу, внутри вражеских земель. Лакийцы могут постоянно и пополнять свои силы и подвозить припасы. Нам на помощь никто не придёт.

— То есть отступаем?

— Да, — отрубил Осмон. — Но не так, как от нас ждут. — Он встал из-за стола, достал карту и ткнул пальцем в Парс.