— В смысле прорвались и теперь зачищают? — удивился Осмон.

— Нет. Там сразу прорвались. Сопротивление почти не оказывается. Там, похоже, вообще войск нет.

И тут Осмон сообразил. Если там нет солдат, значит, их заранее отвели в город. Прорыв, судя по всему, произошёл только в одном месте, больше нигде успехов добиться не удалось. Герцог, ожидающий вестей в Лоргсе, а перед штурмом резко сорвался и двинул армию. Они этого и ждали! Не штурма… Точнее, не опасения прорыва, а чтобы их главные силы завязли и не могли отреагировать на движение армии герцога. В этом была цель! А значит, они знали о нём! И уверены, что штурм провалится. Получается, что цель им указали, поманили морковкой, а они повелись как бараны.

Осмысливание ситуации у Осмона заняло не сильно много времени. Сразу отправил гонца к Лату. Впрочем, тот вернулся быстро и сообщил, что дословно сказанное Латом передать не может, поскольку не всё запомнил, а предлоги не очень информативны. Мол, тот и сам всё уже понял. Сколько времени потребуется на вывод отрядов из города, непонятно. Ясно только было, что легко не получится. Не для того их заманивали туда, чтобы просто отпустить.

Осознав, что главное — это армия герцога, Осмон сразу отправил туда еще отряды кавалеристов общим числом около пятисот, чтобы глаз с лакийцев не спускали и докладывали каждые полчаса. Даже понимая, что, получая сообщения каждые полчаса, он всё равно получает их с сильным опозданием, узнавая картину такой, какая она была несколько часов назад, за которые всё могло измениться. Но хоть что-то…

Армия герцога неторопливо продолжала двигаться вперёд… Конечно, с приближением лакийцев время, за которое гонцы добирались сюда, уменьшилось, но всё равно оставалось велико. И вот пришла новость, что лакийцы остановились и разбивают лагерь…

Осмон не понял. Задумался. От руки самолично на листе набросал схему местности и долго стоял над ней, пытаясь хоть в чём-то разобраться. К Лату он не лез — тот сам разберётся, и его помощь там точно не требовалась.

Река… Небольшие холмы… Удобное место для лагеря, сам бы там выбрал… Ну, если судить по описанию разведчиков-гонцов. Каждого прибывающего он просил дополнить схему.

— Что? — Очередной гонец ошеломил Осмона. — Строят укрепления?

— Трудно сказать, — задумался гонец. — Они фургоны поставили тремя квадратами… — Тут он подошел к схеме и карандашом нарисовал, где и как. Получалось, что эти квадраты стояли вдоль реки, упираясь углами друг в друга, образуя перед собой такие угловые выступы. — Копают рвы с опорой на реку. Думаю, туда и воду запустят. Ставят частокол.

— Частокол? Рубят деревья?

— Рубят, но не для частокола, скорее местность расчищают вокруг. Колья, похоже, с собой привезли.

Осмон снова глянул на схему, прикинул расстояние… И всё понял. Лата ожидает большой сюрприз… Но сейчас лучше пока ничего ему не сообщать, всё равно ничего сделать не получится, а лишние тревоги ему не нужны. Лучше подумать над вариантами решения пока самому. Только Осмон опасался, что хорошего решения не будет. Пока тут только шах, но чреватый… И становилось ясно назначение черного дыма. Это был сигнал для герцога, что гарлы попались в ловушку и он может начинать претворять свой план — помешать ему никто не сможет. Партия лакийцами была разыграна великолепно. Осмон даже поаплодировал бы им, если бы был сторонним наблюдателем.

Стоит продумать и другие варианты, если не получится разрешить эту проблему. А Осмон почти был уверен, что решить её не получится. Не тогда, когда армией Лакии командует Упрямый Баран, как мысленно называл герцога Осмон.

Глава 18

Элайна просидела на своём месте всю ночь.