— Не очень. Те, что мой близнец учила к школе. Ну и пару песен, что её отец любил слушать и которые как-то так сами выучились. Собственно, я ради одной такой и затеяла всё. Я честно хотела сама всё сделать, но… Пример моего старания вы только что слышали. Потому мне нужен поэт. Итак, где мне его можно найти?

Баронесса честно задумалась.

— Кажется, его звали Асмирилий… Только сомневаюсь, что это его настоящее имя. У этих бардов принято брать сценические имена…

— Я тоже сомневаюсь, что родители твоего поэта настолько его не любили, что дали такое имечко, — поморщилась девочка. — Так как этого, прости господи, Асмирилия найти?

— Обычно он пел у фонтана перед центральными воротами цитадели, там площадь, где проводят все праздники в городе.

Элайна задумалась, кивнула.

— Знаю. И, кажется, знаю, как его найти. Баронесса, позвольте откланяться. В благодарность за помощь обязательно вас приглашу на репетицию, вижу, вам нравится музыка.

— Благодарю, ваша светлость, — поклонилась девушка.

Элайна еще раз покосилась на косу, вздохнула и отправилась к выходу. На этот раз она разыскала Аргота с компанией, прервала тренировку и выдала задание отыскать через своих друзей в городе барда Асмирилия.

— Кто найдет, тому приз… э-э… — Элайна вовремя вспомнила урок экономики от графа Ряжского. — Двадцать грошей.

Ребята возбудились. Для них это серьезные деньги. Но тут же возник вопрос, а кому их дадут. Искать будут городские ребята, но через них.

— Тому, кто найдёт, и тому, кто мне скажет, — расщедрилась Элайна.

В общем, бегала Элайна почти до самого вечера. Проверяла, как идёт поиск музыкантов, рассылала записки с пояснениями, это уже когда сообразила, что подобная беготня совершенно лишена смысла. Пусть бегают другие, а сама она, важно и чинно, подойдет к назначенному времени в назначенное место. Хорошо быть начальником.

Так что вечером она преувеличенно хмуро взирала на всех в комитете, давая понять, как сильно она обиделась на их беготню от неё. Никто не оценил и даже не заметил, похоже… Или сделал вид, что не заметил. Поскольку у гарлов не было ничего нового — зализывали раны и активно отправляли экспедиции, которые возвращались с телегами, груженными лесом. Вот чего Элайна даже не могла представить, так это дефицита леса в окрестностях Тарлоса. Оказалось, возможно, если безалаберно относиться к припасам.

Гарлы в первые дни, не разбирая, отправляли в костры всё, что горит, отделяя лишь нужное для строительства небольших требушетов. Ну и для частокола. И, казалось, этого им с лихвой хватит. Но несколько удачных вылазок и вдруг обнаружилось, что гарлам просто нечем восстанавливать укрепления, на замену уничтоженных требушетов тоже нет дерева. Точнее, дерева полно, в кострах есть что жечь, но вот годного для строительства, на крепкие колья для ограждений, как раз и не хватает. В результате они вынуждены были после уничтожения имеющихся небольших припасов строительного дерева отходить от стен города подальше, защищаясь от вылазок не укреплениями, а расстоянием. И обстрелы теперь хоть немного, но стали реже. Оставшиеся небольшие требушеты они ведь тоже вынуждены были отвести подальше, и теперь они достреливали до города совсем маленькими камешками, которыми пуляли скорее из желания хоть как досадить обороняющимся, чем в надежде нанести урон.

Вот по итогу собственной бесхозяйственности и непредусмотрительности они сейчас и бегают как наскипидаренные, пытаясь быстро восполнить то, что раньше можно было запасти не торопясь. И от стен отходить бы не пришлось, ибо быстро сумели бы восстановить разрушенные укрепления.

Потому-то в городе немного отступила тревога, люди снова стали появляться на улицах, а солдаты занимались только тем, что отслеживали перемещение отрядов гарлов.