— Ваша светлость, мы собрали всех музыкантов, которых сумели отыскать за полтора дня. Еще три барда… И пришел по вашему приказу один.

— Асмирилий, — кивнула Элайна. — Придумал же себе имечко, язык сломаешь. С пятого раза запомнила только. Ладно, пусть пока со всеми посидит, я там и объясню им разом задачу, а потом уже будем разбираться, кто есть кто, и на что способен.

Элайна глянула на охрану. Но те уже и сами сориентировались. Двое остались в коридоре у двери, остальные уже вошли в зал. Девочка вздохнула, понимая, что спорить бесполезно. Глянула на Аргота, которому вся эта музыкальная шняга была до факела. Здесь он присутствовал исключительно ради Шольта.

Девочка быстро вошла в зал, огляделась. Просторный. Стулья у стен, в центре стол… Точнее, несколько столов, составленных вместе.

— Так… Просьба к присутствующим мужчинам… Столы к стенам, стулья ближе к центру, соберемся вокруг. Устраивать всякие торжественные встречи и выступления я не собираюсь, потому просто пообщаемся.

В принципе, тут была только одна девушка — сама Элайна. Так что осталась вне работы тоже она одна. Остальные торопливо кинулись двигать столы и стулья, образовав в центре кучу-малу… Ну, точнее, своеобразный амфитеатр из стульев, место в центре которого отвели лично ей. Элайна прошла туда, села. Дождалась, когда немного все угомонятся, приглашающе махнула Арготу и Шольту, чтобы устраивались рядом. Дождалась тишины.

— Значит так, сначала короткий опрос, хочу знать, кто тут есть кто. Барды, встаньте… — Встали четверо, ревниво глянули друг на друга, но спорить не осмелились. Элайна внимательно оглядела их. — Кто Асмирилий?

Один из четверки неуверенно поднял руку.

— Я, ваша светлость.

— Значит так, у нас тут просто дружеская встреча, потому давайте обойдемся без «светлостей». «Леди» вполне достаточно. Значит, вы есть Асмирилий… Я вас часто вспоминала, когда пыталась запомнить ваше имя… Вас, кстати, мне рекомендовала одна баронесса… Правда, сказала, что поёте вы плохо, играете тоже так себе… Но, говорят, стихи вы пишете отличные. А мне нужен как раз поэт, который должен сделать мои вирши стихами.

— Ты еще и поэт? — не выдержал Шольт, а Аргот подзатыльник ему дать не успел.

— Что значит тоже? — Возмущенно уставилась на него Элайна. — Четыре искусства, которые должна уметь и знать настоящая леди: складывать стихи, играть на музыкальном инструменте, вышивать и танцевать!

— Вышивать? — с явным сомнением покосился на неё Шольт, но на этот раз Аргот был наготове, и больше ничего тот ляпнуть не успел.

— Вышивать, — кивнула Элайна. — Монстры у меня получаются великолепные. — Девочка внимательно оглядела всех в зале. — Я вообще человек весьма разносторонний и талантливый… Гениальный, если быть точным. Стихи, игра на гитаре…

На гитаре начинала учиться играть Лена, но до болезни успела выучить только пару аккордов и правильный перебор струн. Наверное, сейчас уже вовсю играет… Элайна мысленно тряхнула головой, прогоняя ненужные мысли. Так что, когда встал вопрос, на каком музыкальном инструменте будет учиться Элайна Райгонская, та настояла на гитаре. Точнее, не гитаре, конечно, инструмент назывался иначе и выглядел хоть и, похоже, но с отличиями. Проблема была в том, что он считался чисто мужским, бардовским. Женщины считались неспособными научиться на нём играть… Герцог, конечно, отказать дочери, несмотря на крики жены, не сумел. Учителя ей подыскали.