Пломбир скулит, провожая нас, но я обещаю, что скоро вернусь.

Глава 8

На последнюю ноябрьскую репетицию я приезжаю слишком рано. До тренировки еще час, зал закрыт, и никого нет. Телефон вот-вот разрядится, а в животе урчит. Когда одной из первых сдавала проверочную по химии, я не думала, что доеду без пробок и настолько заранее!

Топчусь под запертой дверью, дожидаясь сообщения от Фила. Он только выходит из «Чао», а значит, приедет ровно к началу репетиции. Торчать здесь одной смысла нет, лучше отправиться на поиски кафешки или продуктового. Перекусить лишним точно не будет. Жаль, что вещи закинуть в раздевалку и телефон подзарядить не удастся, но ничего. Поблизости точно должна быть столовая или вроде того. Там и найду розетку.

Тратить последние проценты зарядки на поиск заведения не хочется. На отшибе города выбор, куда пойти, не велик. Дорога все равно выведет к магазинам, там и разберусь.

Миную парк, через который пришла, и оказываюсь у уже знакомых приземистых зданий. Первые этажи отданы под магазины: аптека, одежда, телефонные салоны. Продуктовый тоже есть, но выбор мне там совсем не нравится.

Все-таки захожу в карты, чтобы узнать – поблизости есть кафе, но придется пройти в глубь района. Поправляю шапку и шарф и вновь выхожу на морозный воздух.

Город здесь больше похож на деревню. Парк разросся далеко за пределы ограды, и деревьев вокруг больше, чем домов. Какое-то время иду по узкой тропинке вдоль дороги, и по пути не попадается ни одно здание. Если бы из-за еловых веток вдалеке не выглядывала покатая крыша, покрытая черепицей, точно бы решила, что иду не туда.

Снег, которого выпало уже немало, приятно хрустит под ногами. Вокруг тихо, а звуки машин доносятся будто издалека. Хорошее место для заведения. Уютное. Не будь оно так далеко от центра, ходила бы сюда почаще.

Но вот я подхожу к зданию, чья крыша служила мне ориентиром, и останавливаюсь как вкопанная. Это не кафе. Это частный наркологический диспансер.

«Центр реабилитации „Второе дыхание“», – читаю вывеску у входа под массивным козырьком и вдруг припоминаю… Даша говорила, что неплохо знает этот район. Может ли это значить, что именно здесь она лечилась от зависимости?

Торчать здесь больше нет смысла. Ясно, что я забрела не туда. Вокруг зданий больше нет. На парковке у диспансера – несколько машин, а за ним – скрытая за высоким забором территория.

Включаю телефон, чтобы проверить, где оказалась, и отхожу с тропинки под ель. Смартфон, стоит включить экран, показывает опустевшую батарею. Остался один процент.

Что же, нужно сделать все быстро.

Стягиваю перчатку, но в карты зайти не успеваю. Дверь диспансера со скрипом открывается, выпуская на улицу девушку в модной дутой куртке. Когда дверь с грохотом захлопывается, я думаю, что этот звук издала моя челюсть, когда упала на землю.

Невозможно…

Что здесь делает Алекс Шторм?!

Отступаю за дерево, чтобы спрятаться за стволом, но Алекс меня в упор не замечает. Идет, высоко задрав подбородок, будто шествует по подиуму. Шапки на ней нет, темные волосы распущены. Мерзавка садится в одну из машин и трогается, едва авто отогревается. Все это занимает меньше пары минут, а я не сразу догадываюсь включить камеру. Когда же направляю ее на отъезжающую машину в надежде поймать кадр с лицом Алекс, телефон отключается.

Алекс уезжает, быстро исчезнув за поворотом.

– Черт, – шиплю, больше не пытаясь казаться незаметной. – Ну почему?!

Даже не знаю, зачем собиралась сделать фото. Как-то использовать против Алекс? Шантажировать ее, чтобы рассказала людям правду обо мне и Даше? Глупость. Я ведь даже не знаю, что она тут делала.

Сейчас около пяти часов вечера. Я не слишком много знаю о реабилитационных центрах такого рода, но почему-то уверена, что сюда Алекс ездит не на лечение.