– Скажи… Этот кретин насильно затащил тебя в кабинет? Он сделал тебе больно? Если он использовал тебя…

– Нет! – отталкиваю его, со всей силы пихнув в грудь. – Не трогай меня! И про Фила не смей говорить ничего подобного, ясно?

Пытаюсь пройти к лестнице, но Богдан ловит за плечи:

– Я знаю, сейчас сложно поверить. Ты будешь отрицать, что он сбежал после того, как…

– Не было ничего! – рычу ему в лицо. – И Фил не сбежал!

– Правда? Тогда почему ты ищешь его здесь, пока он уже минут десять как свалил? Может, он просто разозлился, что «ничего не было»?

Я знаю, что Фил уехал не из-за меня. Ему позвонили. Брат? Или те люди, которые трясут с него деньги? Все одно, ведь хорошего не предвещает.

– Не заставляй меня ругаться с тобой, Богдан. Мы только помирились.

– Я хочу помочь, я поддерживаю тебя, Ангел.

Внутри будто взрывается бак с горючим веществом.

– Не смей. Называть. Меня. Так!

Больше не могу оставаться рядом с ним. Бросаюсь к лестнице и без остановок бегу к гардеробу. Женщина протягивает ладонь за номерком, а я пристально вглядываюсь в ряды, увешанные куртками. Замечаю свою, а рядом с ней – пустой крючок.

Фил и правда ушел.

Беру куртку в охапку и оседаю на первую же скамейку. Что делать? Что мне делать?..

Оставаться здесь без Фила – не хочу, не могу, не стану. Ехать домой, забив на конкурс? Там родители, расспросы которых сделают только хуже.

Ангелина Кольцова 21:28

Где ты?

Прикусив губу, смотрю на экран, на котором ничего не меняется. Внутренний страх разрастается до огромного монстра, который сжирает прочие мысли. Я могу думать только о Филе и о том, как резко он ушел.

Всего на миг в мое сознание закрадывается идиотская мысль. А что, если Богдан прав? Что, если Фил сбежал, потому что понял – я ему не нужна.

Фил, 21:34

Все хорошо

Ангелина Кольцова 21:34

Куда ты уехал?

Молчание затягивается, и я начинаю нервничать еще больше. Еще и слова Богдана, как заевшая пленка, прокручиваются в голове раз за разом.

Ангелина Кольцова 21:35

Я сделала что-то не так?

И опять тишина. Хочу удалить сообщения, но собеседник как раз открывает их… и ничего не пишет в ответ.

Неужели Богдан прав?

– Что ты здесь делаешь? У вас скоро блиц на эрудицию и оставшиеся выступления участниц, – в коридоре у гардероба появляется Мари. К счастью, без сопровождения Богдана.

Сначала на ее лице не нахожу ни тени теплых чувств. Она смотрит строго, будто собирается отчитать, но что-то в ее взгляде меняется, когда подруга подходит чуть ближе.

– Ты в порядке? – Она нерешительно садится рядом со мной, а когда я просто пожимаю плечами, неожиданно приобнимает меня.

– Этот вечер – полное дерьмо.

Утыкаюсь лбом в плечо подруги и думаю обо всех косяках, которые сегодня собрала. И больнее всего – ссора с Мари и побег Фила.

– Почему ты тут одна? Где Фил?

– А ты не знала? – тереблю ногтем пайетку, не поднимаю от подола глаз.

– Не знала чего?

То ли в коридоре прохладно, то ли меня морозит от волнения. Голые плечи вздрагивают, и я с трудом сдерживаю рвущийся всхлип. Я так устала…

– Он ушел, и я не знаю, почему и куда.

Жду, что она облегченно вздохнет, услышав радостные для нее новости. «Наконец-то!» – наверняка скажет она. Но нет. Мари гладит меня по волосам, успокаивая, а немного погодя спрашивает:

– Ты писала ему? Может, что-то случилось?

Разблокировав телефон, показываю ей нашу скудную переписку.