– Еще один безнадежный идеалист, – сказала она со вздохом. – Всегда они мне попадаются. Интересно, почему бы это?

Лейла смотрела ему в глаза.

– Ты мне нравишься, – вдруг сказала она. У Дэйна пересохло во рту. Кровь застучала в висках так громко, что он подумал, не слышит ли Лейла этот стук.

– Так где ты живешь? – спросил он наконец.

– Лифт на углу. У меня две комнаты. Соседи по дому разные – есть хорошие, есть и не очень.

– Ты живешь здесь, в этой тесноте?

– Конечно. Где же мне еще жить? В этом древнем дворце с монстрами вроде Тарика? Он грозил меня убить, когда мне было тринадцать и я отказалась надевать на людях чадру.

Дэйн уже не удивился. Допил водку.

– Ну, так ты сделал свой выбор? – улыбнулась она.

– Да, – ответил он. – Поехали к тебе.

Глава 11

В квартирке Лейлы было две комнаты, каждая метра четыре на четыре. Одна комната была кухней и прихожей, другая – гостиной и спальней. Было и окно, открывавшее вид на внутренний двор с четвертого этажа.

Мебели почти не было. В гостиной на полу – подушки и надувные упаковки. Кресло, принимающее форму тела, стол со стеклянной столешницей и стенной экран. В прихожей – переполненный стенной шкаф. Одежда разбросана по кровати и по столам.

– Ты давно здесь живешь? Она покачала головой.

– Давай не будем разговаривать.

И медленно расстегнула верхнюю пуговицу блузки. Барьеры рухнули, освободив жаркий океан чувств. Дэйн обнял ее, и она потянулась губами ему навстречу. Это было как искра, что‑то очень сильное, настолько сильное, что даже подумать невозможно.

И они занялись любовью страстно, ни о чем больше не думая, забыв о времени. Для них обоих это было впервые за долгое время, и пусть никто из них не мог бы сказать, что их так друг к другу притянуло, но страсть меж ними вспыхнула отчаянным огнем, знакомым лишь одиноким и мечущимся. А когда страсть отхлынула, они заснули.

Когда Дэйн проснулся, на его часах мигал сигнал, обозначающий телефонное сообщение. Дэйн прижал часы к уху.

Сообщение было от Аделаиды. Возникла ситуация, требующая немедленных действий: Агата Фандан и еще кое‑кто из лидеров семьи пытались прибрать к рукам технический спутник. Пока что спутник находился под контролем Системного банка, который разрешал Дэйну им пользоваться. И Дэйн держал там сорок пять своих работников. Фактически он использовал половину всех мощностей спутника.

Дэйн просто застонал – так ему не хотелось этим заниматься. Был третий час ночи. И он хотел здесь остаться. Может быть, на несколько дней.

Он тихо поднялся. Лейла застонала сквозь сон и повернулась. Минуту он любовался изящным изгибом ее тела, грациозной линией ноги. Искушение остаться чуть было не победило чувство долга. Но перед его мысленным взором возник «Основатель», как недостроенная луна. Он не отпускал. И еще через несколько секунд Дэйн отвернулся.

Он плеснул водой в лицо, прополоскал рот, натянул рубашку, брюки и пиджак, нашептал сообщение на биппер Лейлы, оставил номер телефона и положил мигающий зеленым огоньком прибор на пол рядом с кроватью.

За дверью он остановился, не зная, возвращаться ли во дворец. Но там Аделаида и остальные уже лихорадочно работают, и он должен как можно быстрее оказаться с ними. Спутник надо спасти – без него на «Основателе» можно поставить крест.

На первой же улице Дэйн огляделся. Куда хватало глаз, всюду ярко светились фонари и вывески баров в виде голов кобр. Толпа не уменьшилась. Остановив какого‑то худого и бледного человека в блестящем голубом костюме, Дэйн спросил дорогу к лифтам. Объяснение оказалось запутанным, и Дэйн честно попытался его запомнить.