|
Мы отдалились от берега в открытое море, и смело шли под парусами всю ночь, но утром оказалось, что удача изменила Ван Дер Вельде. Едва рассвело, как марсовый закричал о парусах прямо по курсу. Может быть, рыбаки каким то образом смогли передать испанским властям информацию о нас? Но скорее всего, это была просто случайность, и три линейных испанских корабля караулили здесь кого то другого. – Проклятье! – Ван Дер Вельде рассмотрел врагов, выстраивающихся в линию для атаки. – Окажись мы между двумя такими молодцами, и чиниться нужно будет очень долго! Придется поработать парусами, просыпайтесь, ребята! – Ветер нам в корму, – осторожно заметил ему Мерфи. – Мы могли бы попробовать проскочить мимо и оторваться – у нас на корме шесть пушек! Они разве что втроем могут соперничать с нами огнем с баков, но два корабля немного отстанут, да и «Пантера» нас поддержит. – Чушь! – оттолкнул его с дороги Ван Дер Вельде. – Сигнальте «Пантере»: мы принимаем бой! Ты, Черный Мерфи, совсем постарел: это же добыча сама идет нам в лапы! Попробуем погнать их к берегу. Еще сигнальте Гомешу: правого берем в клещи, пусть заходит бортом ему в корму, а я с носа! Я был потрясен: значит, даже три военных корабля пиратам не помеха, а добыча? Скорее, Ван Дер Вельде, с его слепой верой в удачу, немного переоценивал свои силы. Тем не менее, команда встретила его решение без страха, пираты приготовились сражаться. Они были так увлечены, что я первый заметил, как «Пантера» поднимает дополнительные паруса. – Что это значит? – спросил я у Кристин, которая, высунув кончик языка, засыпала в пистолет порох с таким видом, будто готовилась к празднику. – Они и так шли быстрее нас! – Ах, тысяча чертей! – порох серой струйкой просыпался на палубу. – Папа, они уходят! То, что сказал Ван Дер Вельде вслед удаляющейся «Пантере», передать просто невозможно. Впрочем, долго этим заниматься он себе позволить не мог: удобный момент мы упустили и теперь просто вынуждены были принять бой против трех испанцев. Следовать за «Пантерой» никто из них не решился – уж слишком быстро она шла. Пушки военных кораблей, установленные на баках, уже начали нас обстреливать, но пока неточно. – Лево руля! – крикнул Ван Дер Вельде и сам поспешил к штурвалу. – Круче, еще круче к ветру! Отсохни мой язык, зачем я говорил, что между них попадать не стоит?! – Капитан, они сделают из нас решето! – взмолился Мерфи, видя, куда направляет «Ла Навидад» голландец. – А мы попробуем схитрить! Кристин! Учись, пока я жив, только уйди ради морского дьявола с палубы! Испанцы, наверное, были немало удивлены, когда «Ла Навидад» пошел прямо между двумя из них. Я видел, как один за другим открываются пушечные порты в бортах, как высовываются дула пушек. Это походило на две голодных челюсти, меж которых Ван Дер Вельде собирался нас поместить. – Он вообще соображает, что делает? – мрачно спросил Дюпон, изготавливаясь к стрельбе. На его лице не было и следа страха. – Оказаться под двойным огнем! Или мы собираемся взлететь в последний момент, чтобы испанцы перебили друг друга? – Знаешь, я давно с ним хожу, – серьезно ответил Янычар. – Все может быть. Конечно, мы не взлетели. И все же мастерство нашего капитана потрясло меня: в самый последний момент он взял круто право руля. Залп нашего левого борта по еще не готовому к стрельбе испанцу был направлен прямо в пушечные порты. Я видел, как одно из их орудий после взрыва пробило настил и вылетело на палубу! Не только капитан, но и канониры у нас были что надо. Насколько я мог понять, дать полноценный залп с обращенного в нашу сторону борта испанский корабль уже не мог. Мы должны были врезаться в того испанца, что оказался справа. |
