Небо лежало покрывалом бесчисленных звёзд, серебрящих своим светом остров и море вокруг. Элли петляла по Врассыпкам мимо дремлющих кошек и кур, пока мысли её не сделались невыносимо большими и тяжёлыми, и тогда она плюхнулась на каменную стену.

Сиф вызвал Потопление.

Он заставил моря подняться и уничтожил весь прежний мир.

Сиф. Её друг.

Элли наклонилась вперёд, обхватив коленки. Она почти ждала, что появится окровавленное дитя, чтобы поглумиться над ней. Но она слышала только шум моря и гулкое биение в собственной груди.

– Нет, – прошептала она. – Карга сказала, что он был обманут.

Это была вина Врага, это всегда была вина Врага.

Она повернулась, чтобы посмотреть на «Гнусный дуб»: его узловатые лапы изгибались в тени Ковчега. Небольшое окно их спальни оставалось тёмным. Никогда ещё она не чувствовала себя настолько отчуждённой от Сифа.

Она сидела, слушая море и пытаясь одолеть непомерную и отвратительную мысль, вертящуюся в голове. Был ли он тем, кем она его полагала? Она взглянула на часы, подвешенные на одной из ветвей. Уже было без четверти три, скоро будет пора встретиться с Кейт. Она опасалась будить Сифа, но, глубоко вздохнув, принялась взбираться через Врассыпки.

Сиф, однако, уже проснулся и стоял перед гостиницей, одетый в зелёный жилет.

– О, ты встал! – воскликнула Элли с нарочитой жизнерадостностью. Она похлопала себя по карманам. – Пойдём? Кажется, всё, что нужно, у меня с собой.

Сиф с неуверенным видом переступил с ноги на ногу.

– Элли, я тут подумал. Я думаю, нам не стоит сегодня никуда идти.

– Что?

– Я думаю, нам нужно уходить. Уйти с этого острова навсегда.

Элли сделала шаг назад.

– Мы не можем просто взять и уйти. А как же друзья, с которыми ты здесь сошёлся? Как же Виола?

Сиф засунул руки глубоко в карманы.

– Я тебе говорил, Виола меня презирает.

– Она не презирает тебя.

Сиф повернулся к ней спиной, плечи его подрагивали.

– Если мы останемся, всё будет только хуже. Нам нужно уходить.

– И бросить Кейт разбираться со всем этим в одиночку? Мы можем помочь. Мы можем отвратить приближение голода. Когда мы докажем, что это Лорен потравил поля, я смогу исправить всё с помощью своих машин.

У Сифа дрожали губы. Он словно не в силах был встретить Эллин взгляд.

– Я не понимаю, почему ты так тревожишься за неё.

– Да какое это имеет отношение к происходящему? Мы пытаемся помочь людям.

Сиф круто развернулся.

– Нет, ты пытаешься помочь ей, – процедил он сквозь стиснутые зубы. – Я ей не доверяю, Элли. Если ей придётся выбирать между тобой и тем, чтобы быть Королевой, она даже не задумается.

Элли сжала руки в кулаки. Конечно, Сиф хотел уйти. Он жил внутри собственной головы, среди своих снов и видений. Ему больше дела не было до того, чего хотела Элли. Она вспомнила то чувство, которое захлестнуло её чуть раньше, когда она смотрела на тёмное окно, невероятно отчуждённая от него. Он был ей чужим. Яростная дрожь сотрясала всё её тело. Она с трудом могла говорить от гнева.

– Ты. Просто. Ревнуешь, – прошептала она. – Что у меня может быть друг, который не ты.

Элли развернулась и зашагала прочь.

– Элли?

– Я не хочу с тобой разговаривать, Сиф.

Она свирепо шла через Врассыпки и всё ускоряла шаг, понимая, что опаздывает. Она встретила Кейт на южном краю острова у входа в шахту Келлермана. Кейт сидела на мостовой в своём голубом плаще, пытаясь изучать карту при свете звёзд. Она с азартом вскочила при виде Элли, но затем нахмурилась.