|
– Опасность, о которой он предупреждает – ловушка для идиотов, которая убила Симона Руттера и затопила Колодец две сотни лет назад. Снова воцарилось молчание. Хатч посмотрел на Бонтьер, затем на Найдельмана. Лицо капитана оставалось каменным, губы крепко сжатыми. – Капитан? – ещё раз попытался Стритер. – Сен-Джон так не считает… – Всё это спорно, – огрызнулся Найдельман. – Мы практически закончили – осталось установить и прокалибровать лишь парочку датчиков, а затем мы поднимаемся. – А я думаю, что в словах Сен-Джона что-то есть, – сказал Хатч. – Мы должны прервать спуск, по крайней мере, пока не узнаем, о чём говорил Макаллан. – Я за, – сказала Бонтьер. Найдельман стрельнул в них взглядом. – Абсолютно исключено, – бесцеремонно сказал он. И, завязав мешок с датчиками, бросил взгляд наверх. – Господин Вопнер? Программиста на лестнице не оказалось, а интерком молчал. – Должно быть, он в туннеле, калибрует датчики в зале, – сказала Бонтьер. – Тогда давайте его позовём. Чёрт возьми, он, наверное, выключил передатчик, – произнёс капитан и принялся взбираться мимо них по лестнице. Та слегка дрогнула под его весом. Минутку, – подумал Хатч. – Здесь что-то не так. Раньше лестница не дрожала. Затем дрожь повторилась: лёгкая, еле ощутимая под кончиками пальцев и ступнями. Он вопросительно посмотрел на Бонтьер, и по её виду понял, что она тоже это почувствовала. – Доктор Магнусен, отчёт! – резко сказал Найдельман. – Что происходит? – Всё в норме, капитан. – Рэнкин? – Зафиксирован сейсмический сдвиг, но на пороге чувствительности, до опасного уровня очень далеко. У вас проблемы? – Мы почувствовали, что… – заговорил было капитан. Его прервало внезапное дикое содрогание лестницы, Малина едва не сбросило вниз. Нога соскользнула с перекладины, и он отчаянно вцепился, пытаясь удержаться. Уголком глаз отметил, что Бонтьер всем телом прижалась к лестнице. Новая тряска, затем ещё. И за всем этим Хатч расслышал далёкий звук обвала, подобный землетрясению – низкий рокот, на грани слышимости. – Чёрт, что происходит? – рявкнул капитан. – Сэр! – откликнулась Магнусен. – Где-то недалеко от вас зафиксирован оползень. – Ладно, ваша взяла. Находим Вопнера и выметаемся. Они взобрались на платформу на уровне минус сто. Прямо над ними зияло отверстие туннеля – распахнутая пасть из гнилого дерева и земли. Найдельман заглянул внутрь, устремив луч во влажную тьму. – Вопнер? Шевелись. Мы возвращаемся. В ответ – лишь тишина да слабый холодный ветерок, выходящий из туннеля. Ещё несколько секунд Найдельман продолжал вглядываться в тёмный коридор. Затем бросил взгляд на Бонтьер, на Малина, и его глаза сузились. Резко, словно подброшенные одной и той же мыслью, все трое вскарабкались на уровень туннеля, отцепили карабины и побежали по коридору. Хатч не помнил, чтобы это ответвление с низким потолком раньше казалось настолько мрачным и навевало такую клаустрофобию. Сам воздух изменился. И вот туннель закончился небольшой каменной залой. Два пьезоэлектрических сенсора висели на стенах по углам. Рядом с одним валялся карманный компьютер Вопнера, антенна на КПК согнута под непостижимым углом. Завитки тумана поплыли в воздухе, пронзаемые светом трёх фонарей. |
