|
– Через час или около того, когда прилив достигнет пика, через этот шланг мы примемся закачивать в Водяной Колодец морскую воду, десять тысяч галлонов в минуту. Когда поток установится ровным, впрыснем специальную, очень яркую краску. И, когда вода начнёт спадать, насосы помогут протолкнуть краску через таинственный туннель Макаллана – в океан. Раз мы не знаем, с какой стороны появится краска, будем держать наготове и «Наяду», и «Грампус», прикрывая остров с противоположных сторон. Всё, что останется – локализовать место, где она появится, послать аквалангистов на дно и запечатать туннель взрывчаткой. К этому же времени в пятницу мы с вами сможем спуститься вниз в одном лишь дождевике и паре сапог. И затем сможем поднять сокровище в любое удобное время. Доктор открыл рот, затем снова закрыл и покачал головой. – Что? – с довольной улыбкой спросил Найдельман, и его глаза блеснули золотом в лучах восходящего солнца. – Даже не знаю. Всё идёт настолько быстро, только и всего. Капитан глубоко вдохнул и посмотрел по сторонам, на широкомасштабные работы вокруг. – Вы же сами сказали, – ответил он, мгновение помолчав. – У нас мало времени. Не говоря ни слова, они постояли ещё немного. – Нам лучше вернуться, – наконец, сказал Найдельман. – Я распорядился, чтобы «Наяда» подошла за вами. Вы сможете наблюдать за тестом с её палубы. Они повернулись и направились назад, к Главному лагерю. – Вы набрали неплохую команду, – заметил Хатч, бросая взгляд вниз, на окрестности складов. Фигурки людей передвигаются там деловито и чётко. – Ну да, – пробормотал Найдельман. – Эксцентричную, временами трудную – но все они люди неплохие. Терпеть не могу иметь под рукой поддакивающих – в таком деле это слишком опасно. – Этот парнишка Вопнер определённо со странностями. Напоминает мне несносного тринадцатилетнего паренька. Или кое-кого из хирургов, которых я знаю. Он правда настолько хорош, как сам считает? Найдельман улыбнулся. – Помните тот скандал в 1992-м, когда каждый пенсионер, приписанный к определённому почтовому отделению в Бруклине, получил пенсию с лишними двумя нулями? – Смутно. – Работа Керри. В результате ему пришлось провести три года в «Алленвуде»[12]. Но он не любит об этом вспоминать, так что не стоит подшучивать по этому поводу. – Ну, надо же! – присвистнув, ответил Хатч. – И он такой же хороший криптаналитик, как и хакер. Если бы не онлайновые ролевые игры, которые он никак не желает оставить, работника получше нечего было бы и желать. И не стоит обращать слишком большое внимание на характер. Он хороший парень. В этот момент они уже приблизились к Главному лагерю, и, словно по сигналу, Хатч услышал раздражённый голос Вопнера, доносящийся из Острова-1: – Значит, вы разбудили меня, потому что у вас было чувство? Я сто раз запускал программу на Сцилле, и она работала безупречно. Безукоризненно. Простая программа для недалёких людей. Всё, что делает – запускает эти идиотские насосы! Ответ Магнусен затерялся в ворчании двигателей «Наяды» – та уже подошла к оконечности пирса. Хатч побежал за медицинским чемоданчиком и вскоре вернулся, чтобы запрыгнуть на крыло мощного двухмоторного судна. Поблизости стоял его собрат, «Грампус», ожидающий Найдельмана, чтобы выйти на исходную позицию у дальнего края острова. Малин с сожалением увидел жёсткого, словно гранитная статуя, Стритера, который с отсутствующим выражением лица стоял у руля «Наяды». |
