— Извините за беспокойство, Грифф, но я просто хотел узнать, не поступили ли еще те отчеты, о которых мы говорили?

Мардж подняла взгляд:

— Я положила их на ваш стол, мистер Макуэйд. Видели бы вы, какое столпотворение было у нас сегодня утром по этому поводу.

— О, большое вам спасибо, Мардж. — Он в замешательстве умолк. — Скажите, это ничего, что я называю вас Мардж?

— Ну разумеется. Так меня и зовут.

Макуэйд прошел к своему столу, но Грифф обратил внимание на то, что он не ответил взаимностью и не предложил называть его Маком.

— Ну что ж, — сказал Макуэйд, — реакция, по-моему, неплохая.

Грифф отвлеченно кивнул и продолжил заниматься заказами на товар, ломая голову над кодировками Манелли. Макуэйд пододвинул к себе стопку отчетов и принялся их просматривать. Грифф лишь однажды глянул в его сторону, после чего снова с головой ушел в работу.

Черные замшевые лодочки, 68 — 3125, $12.65, то есть СЕХЙ.

Белые лодочки с льняным покрытием, 982–421, $12.00. Получается СЕ… Так, а что с нулями делать? А, ну да, значит, два прочерка. Значит, СЕ— .

Белые и черные лодочки, 714–768, ОТ, белая кожаная обшивка… открытый носок. Работы, конечно, больше, но расход материала меньше, а потому… Какая у них базовая цена? $13.35 плюс…

— А вот занятное сообщение, — со смехом проговорил Макуэйд.

— Простите? — Грифф поднял взгляд.

— Парень из отдела зарплаты. Хохмач какой-то. Пишет: «Большую часть времени я занимаюсь вот чем. Каждые десять минут хожу в туалет. Я выкуриваю по сигарете каждые пятнадцать минут, то есть в час — четыре штуки. Иными словами, в день по полторы пачки. Еще по утрам я, как минимум, трижды посещаю компьютерщиков, чтобы повидаться с одной девицей. Иногда делаю бумажные самолетики и запускаю их по комнате и громко хохочу, когда они попадают в чернильницу начальника отдела. Или еще: пуляю бумажными скрепками в машинистку — но это лишь в тех случаях, когда не прячу ее туфли, которые она то и дело снимает, потому что они ей жмут. (Примечание: туфли не от „Джулиена Кана“.) Иногда еще наполняю бумажные пакеты водой и выбрасываю их из окна или поджигаю корзины с мусором. Вчера здорово повеселился, запихнув барракуду в бак с водой. В те же моменты, когда я не отвлекаюсь на эти забавные шалости, меня можно найти…». И здесь он переходит на то, чем действительно занимается на работе. А что, неглупо, вы не находите?

— И кто же это написал? — поинтересовался Грифф.

— О… — Макуэйд глянул в нижнюю часть листа. — Да так ли это важно? Мне подумалось, что вас позабавит этот отчет.

— Понял, — сказал Грифф, действительно немало позабавившись услышанным текстом и шутливо намекая Мардж — «мол, я печатаю». Та, видимо, поняла его, бросив надменный взгляд. Он же снова углубился в свои заказы.

«Яркий белый и черный цвета… Так, сколько я назначил за эту прострочку? Сорок?.. Нет, пятьдесят. Значит, в целом получается… $13.35. И еще полтинник. Таким образом, выходит тринадцать восемьдесят…»

Зазвонил телефон. Мардж сняла трубку и сказала:

— Отдел цен. — И через пару секунд добавила: — О, подожди, Аарон, он здесь. — Повернувшись к Гриффу, сказала: — Это Аарон, по четвертому.

Грифф нажал соответствующую кнопку.

— Привет.

— Привет, глупыш, — отозвался Аарон.