Тем временем масса пехоты наконец-то миновала взбаламученную множеством ног переправу и уже скрылась в том же направлении что и гонец-наглец, а отряд Драконов готовился к обороне переправы. Менелтор прекрасно понимал: задание его отряда это синекура, но все равно сделал все на совесть, использовав дебильный приказ как повод для очередной тренировки. Вперед был отправлен скрытый под маскировочными чарами грифон, а несколько подразделений искали другие возможные броды и переправы: грифон должен был контролировать подходы к реке с той стороны и держать связь со своим собратом при основной герцогской армии, задачей же подразделений было выставить посты у слабых мест и в случае чего предупредить основной отряд, ну и предельно затруднить возможную переправу (вертикально вкопанные колья в воде, ловушки на берегу, да и несколько прилетевших стрел вполне могли отпугнуть не слишком большой отряд, поправка -- несколько метких эльфийских стрел). В то же самое время основные силы маскировались и вязали ежи из заточенных с двух сторон кольев. На небольшом пригорке, с которого открывался отличный вид на переправу,  разложили жаровни, прикопали стационарные амулеты, выложили камнями несколько больших рун, установили полог для скорейшего восстановления маны -- в общем обустроили сильную позицию для магов. Десяток деревьев обзавелись в кронах хорошо замаскированными площадками для стрелков на два-три бойца, а в овраге за позицией отряда организовали лагерь, над которым так же установили полог, но не для маны, а полог исцеления, где сами собой исцелятся мелкие раны и лучше подействуют лечебные зелья и заклинания. Как только были закончены ежи, часть из них расположили у самой переправы, а часть унес с собой специально выделенный отряд, чтобы перекрыть дорогу в полукилометре позади и не допустить внезапного нападения с тылу. Не прошло и получаса как все было готово, и расположившийся вместе с магами на холме командир присел на бревно и приготовился к долгому ожиданию, а универсалы понесли к позициям воинов обед.

На некоторое время Менелтор отвлекся: отдал разносившему обеды заготовке пустую тарелку и получил бутерброд из двух булок, меж которыми было напихано много чего вкусного, а так же большую кружку сладкого как компот кваса.

Невеселые мысли командира отряда прервал смех из-за спины -- Дочка рассказывала анекдоты и веселила скучавших магов.

Менелтор как в воду глядел -- менее чем через час с ним по амулету связался наблюдатель и, используя способность своего маунта служить ретранслятором ментального сигнала, соединил командира отряда  и состоявшего при герцоге летуна (всадника на грифоне).

*

Под невидимым снизу грифоном раскручивалась настоящая трагедия: на залитых благородной кровью булыжных мостовых имперского города бессмысленно погибал цвет рыцарства целого герцогства. Наиболее опасны для рыцарей были арбалетные болты -- с пяти-шести метров рыцаря не спасал самый лучший доспех и самый прочный щит, только те кто имел вдобавок к доспеху магические щиты имели шанс пережить выстрел в упор. Сброшенные с крыш булыжники тоже доставляли проблем -- тяжелые камни не убивали защищенных хорошими доспехами всадников, но оглушали, ломали кости, сбрасывали с коней. Наименьший вред причиняли дротики и стрелы -- в основном от них страдали гораздо хуже защищенные кони. Очень болезненной была смерть от кипящей смолы -- многие рыцари умирали еще до того как в облитую пузырящейся смолой фигуру прилетала зажигательная стрела. Однако страшнейшим врагом рыцарей стали легионеры, и пусть индивидуально средний рыцарь превосходил среднего легионера, но в отличие от благородных дворян легионеров специально учили сражаться в  стесненных городских условиях, а учили легионеров бывшей Парнской империи туго, и потом их было просто больше и намного.