— И он убедил Торнов поручить вам поиски Грейдона.

— Не совсем так. Последним владельцем настоящей серьги был Грэм Денисон. Декер не знал о ней до исчезновения Грэма. Ее нашли в особняке Ремингтонов вскоре после того, как он там побывал.

— Стало быть, Декер и Грэм были знакомы?

— Да.

— Но Грэм — не брат Торнов?

— Никто не знает. Чтобы выяснить это, пришлось бы найти Грэма. Только он мог объяснить, откуда у него серьга.

Грей молча смотрел в бокал. Его рука чуть заметно дрогнула, и по поверхности янтарной жидкости побежала рябь.

— Мог бы, если бы вы его нашли. Если бы я не убил Грэма.

— Да. — Беркли поднялась и подошла к Грею. Опустившись перед ним на колени, она осторожно вынула бокал из его пальцев и отставила в сторону. — Я не хотела сюда ехать. — Она взяла руки Грея в свои. — С самого начала я пыталась убедить Андерсона в том, что нам нельзя связываться с Торнами. После встречи с ними мои подозрения переросли в уверенность. Они не из тех, кого можно безнаказанно водить за нос.

— И все же ты согласилась принять участие в затее отца.

— Отказать ему было не так-то просто. Ты даже не представляешь, что это был за человек. И не знаешь особенностей моего дара. Я уже объясняла тебе, что не всегда могу управлять им. Познакомившись с Торнами, я поняла, как опасно восстанавливать их против себя. Мне казалось, что я сумею вынудить их отказаться от нашего предложения, но эти серьги… они оказались сильнее меня. Держать их в руках — все равно что носить платье Айвори. Я заговорила помимо воли. Я не смогла притвориться, будто ничего не чувствую, не сумела солгать. Я рассказала Торнам о том, что поведали мне серьги: Грэм Денисон мертв. И мой… отец передал им слова, которые я произнесла, прежде чем упала в обморок. Он сказал, что доказательства гибели Грэма следует искать в Сан-Франциско.

— Значит, на самом деле ты не рассчитывала найти его здесь?

Беркли покачала головой:

— Я вообще не видела смысла искать его. И уж конечно, не надеялась найти в Сан-Франциско его убийцу.

— Как же мне надоели все эти разговоры об убийстве. — Грей тяжело вздохнул.

— Жаль, что я рассказала тебе о нем. Промолчи я — и Нат ничего бы не узнал. Нет-нет, я не обмолвилась ему ни словом, — торопливо добавила Беркли. — Он подслушал нас.

— Господи! — пробормотал Грей. — Какой кошмар! — Он потер затекшие мускулы шеи. — Думаю, теперь ничто не мешает тебе рассказать все до конца.

— Я написала Декеру Торну и сообщила ему о смерти Грэма Денисона. С тех пор прошло немало времени. Разумеется, у меня не было доказательств, и я не хотела упоминать твое имя…

— Большое спасибо,

— …поэтому я лишь повторила то, что знала наверняка:

Поиски Грейдона Торна зашли в тупик. Что-то в моем письме, вероятно, его краткость, внушило Торнам подозрения. Судя по всему, они отправили в Сан-Франциско своих людей искать серьгу. Я знаю, эта серьга стоит немало, но к числу фамильных драгоценностей Торнов она не принадлежит. Колин велел изготовить ее, чтобы изобличить меня в мошенничестве. Я распознала фальшивку в тот самый миг, когда взяла ее в руки, и решила, что имею полное право оставить ее у себя.

— Должно быть, они считают иначе.

— Теперь я и сама это вижу. Ты даже не представляешь, как они богаты, Грей. Просто удивительно, что Торны так дорожат этой вещицей.

— Как в это дело затесался Нат?

— Они взялись за него, обнаружив меня в «Фениксе».