Беркли оглянулась через плечо на Грея. Ее лицо выразило удивление и благодарность.

— Вы написали своей семье, Майк?

Он кивнул и поморщился.

— Больше я не буду задавать вопросов. — Беркли взяла протянутую ладонь Майка, но удерживала ее лишь одной рукой. Готовясь испытать шок первого прикосновения, она напрягла все свои силы и все же судорожно вздохнула от пронзившей ее мучительной боли,

— У вас очень холодная рука. — Девушка улыбнулась, чтобы скрыть свою оплошность. — Я не ожидала этого. — Она услышала, как Грей шагнул к кровати. Его тень нависла над Беркли, как ястреб над цыпленком.

Осмотрев ладонь Майка, Беркли прислушалась к своим чувствам.

— До сих пор вы не говорили об этом, Майк. Я вижу славную симпатичную девушку, оставшуюся у вас дома, в Кентукки. Наверное, вы думали, что Шоун не даст вам покоя из-за нее? — Ощутив, как напряглись его пальцы, Беркли Дразняще улыбнулась. — Да, вы знали, что он позавидует вам. Не сомневаюсь, вы женитесь на ней и, вероятно, раньше, чем Шоун вступит во второй брак. Вы даже не догадываетесь, как она вас любит, Майк. Девушка немного застенчива, как и вы, и не любит загадывать на будущее. Покинув ферму, вы разбили ее сердце. По-моему, она ждет вас, и когда вы вернетесь домой, девушка будет сидеть на крылечке, помогая вашей матери лущить фасоль для консервов. Увидев эту девушку, вы сразу поймете, что в вашей жизни не было никого прекраснее ее.

Беркли дышала часто и неглубоко. Боль в ее руке нарастала. От кончиков пальцев до плеча она словно превратилась в один обнаженный нерв.

— У вас будут дети, — прошептала Беркли, склонившись над ладонью. — Не могу разглядеть, пять или шесть. Впрочем, теперь вижу. Шесть. В их числе двойняшки. — Она отпустила ладонь Майка, быстро поднялась и начала растирать руку, делая вид, будто это ничего не значит. — Во всяком случае, мне кажется, что это будут близнецы. На вашей ладони слишком много царапин, Майк. Вполне возможно, у вас будет лишь трое чудесных детей.

Раненый пожирал ее взглядом. Беркли пришло на ум, что сквозь узкую щель одного глаза он видит больше, чем двумя здоровыми. Еще никогда в жизни для него не было так важно узнать правду. Не дрогнув, девушка выдержала взгляд Майка, ее лицо оставалось серьезным и спокойным. Беркли очень хотелось, чтобы Майк поверил каждому ее слову.

— Вы говорите о девушке по имени Бонни Сью Макмастере? — ясно и отчетливо спросил Майк. Беркли рассмеялась:

— Да, конечно. — Она опустилась на колени возле кровати. — Да, Майк. Я говорила о Бонни Сью Макмастерс, о девушке, на которой вы собираетесь жениться.

Майк положил руку на макушку Беркли. Ее светлые волосы шелковисто скользили в его ладони. Он легонько провел по ним кончиками пальцев, потом по ее щеке и опустил ладонь ей на плечо. Майк почувствовал, как Беркли вздрогнула, но не отстранилась и, видимо, не собиралась этого делать. Ее глаза казались слишком большими на маленьком лице. В них сверкали слезы, и Беркли не прятала их. И что еще важнее, в глубине ее глаз не было и тени жалости или печали.

Грей поднял Беркли на ноги, и она почувствовала, как Майк убрал руку.

— Ему нужно отдохнуть, — сказал Грей. — Пришлите кого-нибудь ухаживать за ним. Я пока останусь здесь. — Вслед за Беркли он вышел в коридор, оставив дверь приоткрытой на тот случай, если Майк позовет его. — Вы отлично справились, — прошептал Грей. — Спасибо вам.

— Это был лишь спектакль, — отозвалась Беркли и ушла, оставив Грея раздумывать над тем, что она хотела этим сказать.