Ну, тут он был неправ. В другую, это если только в лес, но в лес не хотелось. Хотелось к сережкам, но как, если император вышел из спальни и задумчиво меня рассматривал?!

– Тебе идет волнение.

Волнение? Это была настоящая паника! Меня почти трясло, а ледяная волна предстоящего ужаса сковывала позвоночник. Если бы речь шла всего лишь о сексе...

Всего лишь о сексе с мужчиной, который не нужен? Всего лишь о сексе и тоскливых мыслях о другом?

Но от императора веяло чем-то жутким, обещающим не просто ночь. Вспомнились слова Балларда о гареме, из которого выход только на кладбище. Что ж, кому-то после этого испытания откроется путь к короне, а мне – к могиле.

– Давайте на чистоту, – мой голос звенел от злости. – Вам плевать на невесту сына, его выбор вас устраивает, Анна – сильная и подходящая кандидатура. Вам плевать на секс со мной, у вас есть любовницы опытнее и ничего нового я в вашу личную жизнь не привнесу. Так чего вы хотите от меня? Почему мне постоянно плохо рядом с вами?

Мужчина долго молчал. Я уж было подумала, что мне не светит выяснить правду, но похоже император решил, что я все равно обречена. Хорошо, что он не знал про Балларда.

А ещё я собиралась биться до конца. Может, он и скрутит меня в бараний рог в магическом поединке, но а вдруг я успею схватиться за сережки и перенестись домой? Попробовать стоит.

– Основная твоя беда в том, что ты, Марина, девушка нетронутая. И я говорю не о невинности, а о твоей магии.

Мне показалось, император был безумен. Его глаза лихорадочно блестели, когда он со мной говорил. Мужчина уселся на кровать прямо в сапогах и кивнул на место рядом с собой.

– Садись, – последовал приказ.

Я чувствовала нутром – сопротивляться не стоит. Но как же сложно было сделать шаг от вожделенных сережек!

– Я сказал, сядь! – последовал стальной приказ.

Сидеть рядом с ним на постели и вот так беседовать было жутко. Нереально жутко, до дрожи в коленках.

– Торопиться некуда. Впереди длинная ночь. Видишь ли, девочка, наши миры совсем несправедливы. И чтобы выжить, приходится идти на жертвы. Моему роду власть перешла от бога по имени Баллард. Он решил оставить мир, отправиться по своим делам. Верил, наивный идиот, что люди справятся с властью и магией. Ты ведь знаешь о двенадцати мирах?

Я только и смогла, что кивнуть.

– Твой мир выбрал технический путь развития и закрылся ото всех – к этому мы еще вернемся. А в остальных мирах стихии развивались неравномерно. Не было мира, где одинаково сильны были бы все четыре стихии... кроме нашего. Именно в нашем мире расположился источник, питающий магию. Это была изначальная стихия, неразделенная. Очень сильная. Но ты ведь наверняка знаешь, что там, где есть источник неограниченной власти, есть и войны за него. Уже через несколько поколений, когда у преемника Балларда появились дети, их внутрисемейные распри привели к войне за корону.

Его рука коснулась моей коленки, и я непроизвольно отдернула ногу. Мужчина нахмурился.

– Из-за интриг и борьбы магия разделилась на четыре стихии. Принцы поставили завесу и снять ее не мог никто. Власть изначальной стихии была слишком огромна для людей. Да и перевороты, знаешь ли, устраивать сложнее. Разделяй и властвуй – вот основополагающий принцип политики. Отныне и навсегда все, что хоть как-то могло взаимодействовать сразу с несколькими стихиями, жестоко уничтожалось.

– Поэтому вы истребляете билементалей! – догадалась я.

– И трилементалей, и тетралементалей. Их было очень много.

Император усмехнулся собственным мыслям.

– За все надо платить. Ни одна магия не дается просто так. Стихии разделяла призрачная завеса.