И тут все «Горн-Хоффы» куда-то исчезли! Неужели испугались? Что-то не верилось. Скорее они просто ждали остальных. Куда делась Уоттерс? В схватке мы потеряли друг друга. Краем глаза я заметил какое-то движение в верхней полусфере. Чей-то «Звездный Огонь» — возможно, Уоттерс — сцепился с одиночным «Горн-Хоффом». Я находился слишком далеко от них, чтобы помочь, так что все, что мне оставалось, — это с ужасом и восторгом наблюдать за их схваткой. Оба корабля показывали высший класс космического пилотажа: крутые виражи, бочки, иммельманы… Ни тот, ни другой никак не могли добиться преимущества друг над другом — ни на ирал. Внезапно, словно сговорившись, они повернули и устремились навстречу друг другу. Безумие! Несясь в лобовую атаку, и «Звездный Огонь», и «Горн-Хофф» не прекращали палить друг в друга из всех разлагателей. Первый, кто отвернет, был обречен на проигрыш, подставив свой фюзеляж вражескому огню.

Из динамиков внутренней связи не слышалось ни слова, только тревожное дыхание — да что там, все и вздохнуть боялись. В самое последнее мгновение, когда столкновение казалось неизбежным, «Горн-Хофф» дернулся от прямого попадания и тут же взорвался. Не веря своим глазам, смотрел я на то, как «Звездный Огонь» чудесным образом проносится невредимым сквозь облако радиоактивного огня и обломков, медленно оседавших к планете.

Мгновением спустя Уоттерс как ни в чем не бывало пристроилась ко мне.

— Лихо сработано, — не удержался я от похвалы.

— Спасибо, Темпо, — невозмутимо отозвалась она, и мы вместе понеслись к Лавенурбу под крики и гам разгорающегося боя в эфире.

Снова словно из ниоткуда появились боевые суда облачников, на этот раз в гораздо большем количестве. Я запросил у Кассира-два доклад о состоянии дел на поверхности, но ответа не получил — должно быть, она, как и ее предшественник, выражаясь ее собственными словами, «нарвалась на плюху».

— Темпо всем «синим» бортам, — рявкнул я в микрофон. — Мне нужен доклад с планеты!

— Темпо, говорит Самовар-один, — захрипел у меня в шлемофоне чей-то сорванный от напряжения голос. — Тут внизу такая каша… Пытаюсь помочь бедолагам десантникам. Сильный огонь противника. Потеряли несколько «триста двадцать седьмых» — не знаю точно, сколько, но у облачников здесь уйма орудий.

— Доложите точнее, что на поверхности, Самовар или как вас там. Что с этими «бедолагами»?

— Извините, Темпо. Тут становится только хуже. Им уже никаким чудом не помочь. Их прижали к земле. Пробиться к докам никакой возможности. Сдается мне, для такой работы не подойдет ничего, кроме как боевые краулеры.

— Кто-нибудь отзывал их, Самовар?

— Ничего подобного от генерала Трахфорд не слышал, Темпо.

— Спасибо, Самовар. Держите меня в курсе. Полная энергия на кристаллы главного хода — и мы оказались над Лавенурбом, с грохотом продираясь через верхние слои атмосферы. Район расположения станции оказался накрыт густой облачностью, но наши рации перехватывали множество переговоров, свидетельствующих о напряжении боя. Похоже, и здесь Имперский Экспедиционный Корпус напоролся на неожиданные неприятности. Два наших «Огня» окунулись во мглу клубящихся низких облаков и вынырнули из нее прямо под проливной дождь кленетах в тридцати от места боя. Я снизился почти до самой земли, где видимость была еще хуже.