Последним пришло ко мне по почте объявление от известного авалонского модельного дома о специальной распродаже флотских мундиров. Интересно, что за звездолетчики заботятся о мундирах индивидуального пошива в самый разгар войны? Я вырубил монитор и сердито уставился в темный иллюминатор. Чтобы выиграть эту войну, нашей старой Империи нужны были усилия всех без исключения, даже политиканов!

Вот уже второй раз за какие-то три дня разнообразные корабли нашей небольшой ударной флотилии снизили скорость ниже световой для сбора в намеченной точке, на этот раз настоящей, в районе Бакс-Эмифирни. До времени «Ч» оставались считанные мгновения. Что ж, во всех отношениях это можно было считать триумфом космогации.

Мои эскадрильи осуществили перелет безукоризненно; покойный капитан Норвик мог бы ими гордиться. Вут свидетель: я, во всяком случае, гордился. Слева от меня шли в идеальном плотном строю сорок восемь «Звездных Огней»

«красной» группы 81, 93 и 74-й эскадрилий; справа — еще сорок восемь «Огней» «зеленой» группы 83, 87 и 91-й эскадрилий. Примерно в полукленете от нас по левому борту — и на четверть кленета ниже — шли шестьдесят четыре скоростных штурмовика 327-й модели 35, 19, 38 и 24-й эскадрилий, сведенных в «синюю» группу, готовую нырнуть к поверхности планеты.

И все это происходило вплотную к Баксу, висевшему в каких-то нескольких световых метациклах над моим левым плечом; высокий купол космоса переливался той причудливой дымкой, какая бывает только в непосредственной близости от мощного источника света. Казалось, мои корабли несутся на гребне огромной волны. Совсем близко от нас курс моих кораблей пересекался под прямым углом полосой пояса астероидов — опасно близко! На какое-то мгновение мне показалось, будто я вишу без движения между бесконечным полотном переливающегося атласа и плоским диском из скомканного бархата. Невероятно! Впрочем, пока все это выглядело вполне мирно. Это даже начинало мне нравиться.

Я проверил показания датчика обнаружения — ничего. На всякий случай я методично осмотрел огромную сферу космоса вокруг нас, поделив движениями головы звездный пейзаж на полосы. Все равно ничего.

Внизу, на Эмифирни, тоже не было видно ничего: ни разрывов разлагателей, ни вспышек заградительного огня. Ничего. Там и здесь мерцали на ночной поверхности планеты огни небольших поселений. А где-то наверху, у полюса, сиял подобно драгоценному камню на перстне портовый город Эппеид с его знаменитыми гравитационными доками. Я подумал о людях там, внизу — как об оккупированных эффервикцах, так и о поработивших их облачниках. Ничего, очень скоро проснутся те и другие.

Мой КА'ППА-приемник щелкнул, и его дисплей засветился одним-единственным красным словом «ПОМЕХИ». Мгновением спустя индикатор датчика обнаружения также показал наличие сильных помех. Наши тральщики примялись за работу, оставив нам для переговоров только два аварийных диапазона КА'ППА-связи на засекреченных частотах. Сразу же после этого «Звездные Огни» «красной» группы разошлись веером, окружая планеты-цели. Четыре эскадрильи ударных судов «синей» группы нырнули вниз, перестраиваясь в боевой порядок. Я представил себе, как легкие крейсера и мониторы медленно снижаются сквозь атмосферу, чтобы оцепить район доков по периметру — если это, конечно, будет необходимо. Пока что все шло так же гладко, как на тренировках.

Я сверился с хроноиндикатором: с начала операции прошло уже пять циклов. Первые два наших бронекатера уже пошли вниз, к планете, чтобы подавить батареи мощных разлагателей, оборонявших судоремонтный комплекс Если все пройдет хорошо, они приземлятся ровно через семь циклов…

Внезапно вдалеке, прямо по курсу замерцали вспышки — совсем недалеко от Эппеида.