— Вначале не задумывалась, — подтвердила я. — Но потом многое узнала. Решение оставить меня далось моей семье нелегко.

— Ты опять о себе, — ответила Петра. — А я говорю о себе. О том, как моя мать бросила нас с отцом и отправилась жить на Землю со своим выродком. Я думала, когда она узнает, что я изучаю историю, мучаюсь на этой планете, то хотя бы… — Она осеклась и собравшись с силами продолжила: — Но нет. Я провела здесь полгода, а она так и не предложила встретиться. А когда наконец соизволила прислать сообщение, то просто принялась болтать о моей сестре-обезьяне, о своем новом муже и об очередном выродке, которого они ждут. Словно меня вообще не существует.

Я в шоке уставилась на нее. Петра оказалась в той же ситуации, что и мой брат Джексон.

Только он выиграл битву, не дал матери улететь на Землю и жил с чувством вины, а Петра проиграла и жила с гневом.

— Возможно, твоя мама боялась сказать что-то не то и ждала, пока ты сама предложишь встретиться.

— Не дождется, — отрезала Петра. — Я отправляюсь домой на Асгард, где смогу забыть о матери, о своей вонючей сестре-обезьяне и об этой ядернутой планете. Я собираю вещи и уезжаю сейчас же.

Она выскочила в коридор, и Плейдон поспешил следом. Когда дверь за ними закрылась, оставшиеся принялись оживленно обсуждать случившееся. Далмора, Амалия и Крат присоединились к беседе, но я так и стояла молча. Знай я раньше о сестре Петры, относилась бы к ней иначе или?..

— Что-то не так, Джарра? — спросил Фиан.

— Просто очень устала и немного сбита с толку, — я покосилась на Стина, шумно празднующего избавление от Петры. — Наверное, следовало бы поблагодарить всех за поддержку, это совершенно потрясно с их стороны, но на фоне отъезда Петры было бы как-то бессердечно.

— Я рад, что она ушла, — заметил Ворон. — Теперь всем будет намного проще жить.

— Да, но… — Я вздохнула. — Мне было легче, когда я не понимала ее, а просто ненавидела.

Фиан окинул меня сочувственным взглядом:

— Похоже, все заняты сплетнями. Пойдем, отнесем вещи в комнату и распакуемся.

Мы отправились к себе с неизменно бдительным Вороном за спиной. Он остался сторожить в коридоре. Фиан немедленно принялся разбирать вещи, а я села на кровать и тупо уставилась на свой военный файндер. Мне разрешили его оставить из соображений безопасности, но он предназначался для крепления на форму или бронекостюм, поэтому постоянно соскальзывал с рукава обычной одежды.

Я вздохнула и отправила сообщение учителю истории, поблагодарила его и объяснила, что армия возместит все сгоревшее оборудование. Затем отправила другое сообщение с благодарностью ребятам из дома E161/8822. Мы с Фианом до полуночи смотрели новостные каналы. Драго сказал, дескать, бетанцы объединились против распоряжения суда, потому что оно оскорбляет Пятьдесят, но мне по-прежнему дико было слышать, как «Бета veritas» объявляет о поддержке нашего брака и подчеркнуто говорит обо мне как о подполковнике Телл Моррат.

Обалдеть!

Наконец мы пошли спать, но едва погасили свет, как… стало неловко.

— Прости, — сказала я.

Фиан включил свет и сел на краю постели.

— Не за что извиняться. Не твоя вина, что наш контракт аннулировали.