|
Лезвие, которое наточил перед охотой сам Бронислав, прочертило ровную линию на животе Масуда. Все было сделано быстро и четко. Как и учил ее отец. Из длинной и глубокой раны повалились кишки, воняя самогоном и дерьмом. Масуд упал на колени и завизжал, совсем по-бабьи, выронив бутылку и хватая свои внутренности, судорожно пытаясь запихнуть их обратно. Ошарашенный Тор разжал пальцы, и Марина тут же отскочила от него, спеша оправить на себе одежду. — Т-ты… С-сука, что натворила! — заикаясь, выдавил Тор. — Какого хрена ты наделала, овца?! Сабрина вонзила в Тора немигающий взгляд. Для нее этот человек уже был мертв, оставалось только свести к логическому знаменателю его шевеления и речь. Ведь мертвые не шевелятся и не говорят. Она быстро расстегнула молнию своего комбинезона и ловко выпорхнула из него, оставаясь в теплом спортивном костюме, не так стесняющем движения натренированного тела. — Убей эту суку! — визжал еще живой Масуд, продолжавший возиться со своими кишками. Сабрина подняла оброненную им бутылку и, не сводя взгляда с Тора, принялась лить пойло прямо на внутренности. Масуд заверещал еще громче. Когда бутылка опустела, молодая охотница разбила ее о темя раненого. Схватив за волосы, запрокинула его голову. Молниеносным движением перерезала «розочкой» горло насильника и оттолкнула хрипящего ногой. И все это время она смотрела на Тора. На его лице застыл ужас. — Ты что творишь, падла?! — выкрикнул он и, выхватив нож, бросился на девушку. Сабрина ждала этого. Потому и освободилась от теплого комбинезона. Прыгнуть навстречу врагу. Затем присесть, сбив с толку. Резко подняться и с разворота врезать ногой по башке. Сработало. Тор отшатнулся, и тут же второй удар выбил из его руки нож. Не давая опомниться, еще разворот и хай-кик в голову. Совсем дезориентированный Тор упал на колено. Теперь схватить его нож. Есть! — Сяба, — промычал Тор, тряся головой, — ты же на руках у меня выросла… Ты что делаешь?.. — Я не просила меня растить, ублюдок. — Сказав это, Сабрина вонзила нож в шею Тора и провернула, разрывая трахею. Затем бросилась к вещам Масуда. Выхватила ПМ, сняла с предохранителя и метнулась к выходу. Она знала, что сейчас на пороге появится Кожевников. Однако тот был без оружия. Распахнув дверь, он переменился в лице — сначала от изумления, потом от ужаса. Полуголый Масуд лежал в широкой луже крови рядом с осколками бутылки. В трех шагах от него хрипел и сучил ногой Тор, из его развороченной шеи торчала рукоятка ножа и вытекала бурая пена. — Ты знал, дядя Витя. — Вставшая на пути отшельника молодая охотница произнесла эти слова как приговор. — Знал, что они собирались делать. Ты для этого меня задержал, старый сраный пес. — Господи, девочка, зачем? Зачем ты так? Ну ведь мужикам-то надо… Ну какая разница, помирать ей все одно… Что же ты натворила? — бормотал Кожевников. — Это еще не все. — Сабрина вскинула руку и спустила курок, прострелив отшельнику голову. Звук падающего тела ознаменовал его смерть. И сзади уже затих Тор. Молодая охотница зажмурилась и бессильно опустила руки. Теперь и она себе мысленно сказала: «Что же ты натворила?!» Она не отреагировала на шорох. Просто тихо произнесла: — Марина, как ты? Пленница, выйдя из ступора, резко подскочила к охотнице. Схватила ее руками со спины и крепко обняла. — Спасибо… — шептала она, плача. — Сябочка, спасибо тебе, милая. Спасибо огромное! — Помнишь, ты спросила… ты сказала, что у меня не было никогда мужчины, — тихо заговорила Сабрина. |
