Внезапно дверь открывается, и я ахаю, когда Кейден заходит в комнату, его большое тело

захватывает маленькое пространство, его присутствие высасывает весь воздух из моих легких.

  Что ты здесь делаешь? – требую я.

Он шокирует меня, пинком закрывая дверь. – Открой свои глаза.

С ужасом в животе, я хватаю раковину за собой, ожидая удар, который чувствую последует

следом. – О чем ты говоришь, Кейден?

  Настало время тебе вспомнить. – Он захватывает небольшое пространство между нами, давя

на меня, его пряный, теплый запах с нотками ванили дразнит мой нос и вспыхивает воспоминание, которое я не могу вспомнить.

  Я была права,   обвиняю я, мой подбородок поднимается вверх, бросая ему вызов. – Мы не

чужие друг другу, не так ли?

  Я чувствую себя чужим?

  Я  чувствую себя чужой. Почему ты нет?

  Что говорит тебе интуиция? – спрашивает он, играя в ту же игру, что и Галло раньше.

И снова я говорю:   Я не доверяю своей интуиции.

  И все же ты отказываешься от своих воспоминаний и убегаешь от самой себя, раз уж нет

ничего, чтобы двигаться дальше, уязвимая для лжи, которую я не говорил тебе.

Уязвима. Он использует это слово, как будто знает, что я чувствую. Как будто он знает меня. –

Откуда мне знать? Откуда мне знать, что то, что ты мне рассказываешь правда?

  Верно,   соглашается он. – Об этом я и говорю. Настало время выйти из тени и вспомнить, кто

ты.

  Ты думаешь, я не хочу? Я не могу просто щелкнуть выключателем и заставить мой мозг

работать. И ты тоже.

  Может нет, но я все равно не оставлю тебя в этой темноте. – Он приближается ко мне, и я

задыхаюсь, когда он поворачивает меня к зеркалу, его бедра прижимаются к моему заду сзади.

  Что ты делаешь? – требую я, хватая раковину, пока он хватает клок моих волос и поднимает

его, чтобы показать красный цвет.

  Что это говорит тебе о нас?

  Многие люди красят свои волосы,   говорю я, боясь, к чему все это идет, или что я сейчас

узнаю.

  Ты не только покрасила свои волосы,   говорит он,   ты сделала это быстро и ужасно. – Он

снова разворачивает меня, прижимая мой зад к раковине, его руки опускаются на мои бедра, обжигая

меня сквозь тонкую ткань. – Ты убегала, когда я нашел тебя, и тебя чуть не поймали.

  Ты не можешь это знать,   говорю я, мои пальцы сжимаются на его мощной груди, где они

оказались. – Я не знаю это.

  Те люди, которые гнались за тобой в том переулке, не были мелкими ворами. Они были

умелыми, опытными преступниками, и они искали тебя.

  Ты видел их?

  Да. Я видел их. И я вмешался, а то тебя бы здесь сейчас не было. Что я не знал, когда вызывал

скорую помощь и сказал им свое чертово имя, кем были те люди. Пока не нашел это. – Он вытаскивает

коробок спичек. – Он тебе знаком?

  Нет,   говорю я, мой голос ломается. – Ничего не знакомо, кроме тебя.

  Потому что ты ничего не хочешь вспомнить до меня, а ты должна.

  Я хочу вспомнить.

  Мезоннет,   говорит он, читая надпись на коробке, а затем хватает мою ладонь, вкладывает

его в мою руку, обхватывая его своими и моими пальцами.