В мыслях я корил себя за то, что рассказал Заре о своей ценности. Теперь меня не только выпускать на поверхность не будут, а, может, и охрану приставят.

С такими мыслями я направился к Штерну. Ему действительно была нужна помощь и практически до позднего вечера я занимался несвойственными мне хозяйственными делами. Отнеси форму туда, принеси на кухню консервы, отнеси в оборудованный медблок кипячёной воды и прочее, чем может заниматься простой вольнонаёмный без опыта, но я не роптал. Исполнял возложенные на меня обязанности спокойно, тем более появилась возможность пообщаться с ребятами, что после долгого месяца ежедневного страха и осознания обречённости, оказались в практически тепличных условиях: вода есть, еда есть, крыша над головой, толстенные стены, но одно в их рассказе меня насторожило. Примерно сутки назад анторсы прекратили активные боевые действия, что в принципе понятно — вооружённые силы разбиты, действенного сопротивления не оказывается, и это наводило на мысль о подготовке второй фазы…

— Товарищ Бес, вас майор приглашает в командирский кубрик, — подбежал один из солдат, когда я собирался идти в столовую. Весь день до позднего вечера я провозился у Штерна, исполняя его поручения, даже времени не нашёл вовремя, по расписанию поесть. И видя мой недовольный взгляд, солдат уточнил:

— Там накрыли стол и собираются все офицеры.

— Хорошо, где это? — задал логичный вопрос, так как особо пока не ориентировался в убежище. За время моего отсутствия солдаты под командованием Зари вскрыли практически все двери, а за некоторыми из них оказались не только ангары-склады, но и коридоры, что, петляя, вели в другие ответвления убежища. Именно в одном из таких обнаруженных коридоров и нашли запасные выходы и помещение контроля периметра, что позволяло следить за тем, что происходит на поверхности.

— Ответвление Е-11, поворот по указателю на Н-6. Кубрик номер О-16, — быстро ответил солдат.

— Хорошо, скоро буду, — там я надеялся увидеть Партизана, а то за суетой так и не узнал, вернулся ли он или нет.

Освещаемые тусклым, дежурным светом коридор выглядел словно туннель метрополитена. Я шёл, читая надписи на стене, чтобы не заблудиться и одновременно запоминал дорогу обратно. Яркий свет и приоткрытая дверь однозначно указывали, что я дошёл. Подходя, прислушался. Доносился едва слышный голос Зари:

—…обложили нас тогда, если бы не Бес, не выбрались. Людей потерял, но задание выполнили, товарищ подполковник.

— Ладно, потом обсудим. Ну, что, начинаем?

— Разрешите? — вошёл в командирский кубрик, что практически ничем не отличался от того, где разместили меня. Там и впрямь накрыли стол. Вся та же немудрёная еда, но людей было в два раза больше, чем кроватей. Все в полученной со склада форме. У некоторых наспех были нашиты знаки различия, но у большинства их не имелось. Двое сидели с перевязанными конечностями, а один с забинтованной головой.

— Проходи Бес, — отозвался Заря, — товарищ подполковник, представляю старшего сержанта специального подразделения с позывным Бес.

— А что он сам представиться не может? — протягивая мне руку для рукопожатия, с улыбкой на лице поинтересовался седовласый мужчина, — подполковник Скоробогатов Валентин Сергеевич, позывной: «Серый», — представился офицер.