Голос Мадлен стал язвительным.

— Что это должно значить?

— Что не у всех есть гребанная куча особняков по всему свету или крутые тачки или достаточно денег, чтобы не думать дважды, прежде чем выбросить сотню долларов за сорокадолларовую бутылку шампанского из обслуживания номеров.

— И что?

— То, что Дрезден гребанный ребенок по стандартам Совета. Живет в паршивой маленькой дыре. И в придачу платит за офис для его бизнеса. У него не была века или двух чтобы подкопить процентов на его счету, не так ли? И в качестве запасного пути отступления он купил фешенебельный жилой дом в другом городе? Нет. Он арендовал грязное маленькое складское помещение и перенес туда снаряжение для кемпинга.

— Хорошо, — сказала Мадлен нетерпеливым тоном. — Допустим, ты прав. Допустим, он держит Моргана у себя в квартире. Он не оставил бы его незащищенным.

— Естественно нет, — ответил Переплетчик. — Он расставил гребанное минное поле оберегов вокруг жилища. Также, возможно, призвал стражников и кого-либо еще.

— Мы сможем пройти сквозь них?

— Дай мне достаточно времени и достаточно моих мальчиков, и да, — сказал он. — Но это не будет быстро, тихо и чисто. Есть путь попроще.

— Какой?

— Сжечь это гребанное место, — сказал прямо Переплетчик. — У квартиры одна дверь. Если Морган выберется, мы поймаем его. Если нет, мы соберем его кости из холодного пепла. Установим личность по записям дантистов или еще как и потребуем вознаграждение.

У меня в желудке похолодело. Переплетчик был слишком проницательным для того, чтобы я чувствовал себя комфортно. Может быть парень и не был особо умным, но он был более чем коварным. Его план был лучшим способом напасть на мою квартиру, несмотря на магическую защиту. И даже больше, — я знал, что он способен на это. Это бы убило моих престарелых соседей и других жильцов здания, но не замедлило бы таких, как Переплетчик ни на секунду.

— Нет, — сказала Мадлен, помолчав немного. — У меня есть инструкции. Если мы не сможем взять его своими силами, мы дождемся пока Стражи найдут его.

— Стражи нашли его, — предъявил претензию Переплетчик. — Дрезден — гребаный Страж. Твой босс уже должен заплатить.

Повисла мертвая тишина, и затем Мадлен промурлыкала:

— Ты был умеренно полезен ему в прошлом, Переплетчик. Но не думай, что ты выживешь, диктуя ему — что делать, а чего делать не стоит. В тот момент, когда ты станешь более раздражающим, чем полезным, ты будешь мертвым.

— Нет греха в том, чтобы хотеть денег, — сказал Переплетчик угрюмо. — Я сделал работу и хочу получить свою долю.

— Нет, — сказала Мадлен. — Ты проиграл драку с одним бойскаутом-переростком и смертной размером с пинту, отсидел в тюрьме полиции, и самое смешное, потерял шанс заработать вознаграждение. — Зашелестела ткань, и по ковру раздались мягкие шаги. Мгновением спустя, щелкнула зажигалка — Мадлен закурила.

Переплетчик заговорил, по тону голоса можно было понять, что он решил сменить тему разговора.

— Ты собираешься привести это в порядок?

— Именно поэтому он там, — сказала Мадлен. Она затянулась и произнесла: — Приведение в порядок. Слишком плохо, что ты не понял этого пятью минутами раньше.

— И почему?

— Потому, что я возможно жду, чтобы сделать звонок.

Я слегка наклонился и затаил дыхание.

— Какой звонок? — сказал Переплетчик.

— Стражам, естественно, — сказала Мадлен.