|
- А железных? Маглуар сделала выразительную гримасу. - У железных привкус. - В таком случае, - сказал епископ, - мы обзаведемся деревянными. Через несколько минут он завтракал за тем же столом, за которым накануне сидел Жан Вальжан. За завтраком он весело доказывал сестре, слушавшей его молча, и Маглуар, тихонько ворчавшей, что нет ни малейшей нужды ни в ложках, ни в вилках, хотя бы и деревянных, чтобы обмакнуть кусок хлеба в чашку с молоком. - Ведь надо же придумать! - бормотала Маглуар, суетясь у стола. - Пустить к себе такого человека! И оставить его на ночь рядом с собой! Счастье еще, что он только обокрал! Господи помилуй! Просто дрожь пробирает, как подумаешь!.. Брат с сестрой собирались уже встать из-за стола, как вдруг раздался стук в дверь. - Войдите, - сказал епископ. Дверь открылась. Необычная группа возбужденных людей появилась на пороге. Три человека держали за шиворот четвертого. Трое были жандармы, четвертый - Жан Вальжан. Жандармский унтер-офицер, по-видимому, главный из трех жандармов, остановился в дверях. Затем вошел в комнату и, подойдя к епископу, отдал ему честь по-военному. - Ваше преосвященство...- начал он. При этих словах Жан Вальжан, стоявший с угрюмым и подавленным видом, в изумлении поднял голову. - Преосвященство! - прошептал он. - Значит, это не простой священник... - Молчать! - сказал жандарм. - Перед тобой его преосвященство епископ. Между тем монсеньор Бьенвеню пошел к ним навстречу с той быстротой, какую только позволял его преклонный возраст. - Ах, это вы! - воскликнул он, обращаясь к Жану Вальжану. - Очень рад вас видеть. Но послушайте, ведь я вам отдал и подсвечники. Они тоже серебряные, как и все остальное, и вы вполне можете получить за них франков двести. Почему же вы не захватили их вместе с вашими приборами? Жан Вальжан широко раскрыл глаза и взглянул на почтенного епископа с таким выражением, которое не мог бы передать человеческий язык. - Ваше преосвященство, - сказал жандармский унтер-офицер, - так значит, то, что нам сказал этот человек, - правда? Он бежал нам навстречу. У него был такой вид, словно он спасался от погони. На всякий случай мы задержали его. При нем оказалось это серебро. - И он вам сказал, - улыбаясь, прервал епископ, - что это серебро ему подарил старичок священник, в доме которого он провел ночь? Понимаю, понимаю. А вы привели его сюда? Это недоразумение. - В таком случае, мы можем отпустить его? - спросил унтер-офицер. - Разумеется, - ответил епископ. Жандармы выпустили Жана Вальжана, тот невольно попятился - Это правда, что меня отпускают? - произнес он почти невнятно, словно во сне. |
