Зибель с улыбкой глядел на него. Их личные файлы существовали не в единственном числе: одни хранились в архиве флота, в компьютерах «Европы» и «Коммодора Литвина», другие, более похожие на истину, – в базе данных Секретной службы ОКС. Но и там, если говорить о Зибеле, правды было на копейку.

    – Информация по семи крупным спутникам обработана, – послышался из интеркома голос Оки. – Передаю параметры орбит.

    Экран покрылся рябью цифр, надписей и условных значков. По уточненным данным, Обскурус, четвертый и самый загадочный сателлит, вращался на расстоянии полумиллиона километров от планеты, но не был самым ближним спутником: имелись ещё два, почти такой же величины и с меньшими радиусами орбит. Кроме семи планетоидов покрупнее, около протозвезды кружили другие тела, несколько десятков каменных, ледяных и металлических глыб, которые сейчас отслеживали видеодатчики фрегата, пересылая информацию в АНК. Хотя «Литвин» обладал превосходной маневренностью, соваться в рой спутников гиганта, не вычислив их траектории, было занятием опасным.

    Огромная планета уже занимала половину экрана, когда дежурный навигатор сообщил:

    – Пожалуй, все, капитан. Если что и осталось, то не крупнее булыжника, клянусь честью самурая! – Потом произнес: – До конца вахты тринадцать минут сорок секунд.

    Устал, понял Коркоран, уловив текущие от Ямагуто ментальные флюиды. На мгновение он прикоснулся к разумам своей команды. Все были на местах и в полной боевой готовности: Пелевич у аннигилятора, стрелки в орудийных башнях, Эрнандес на инженерном посту, Линдер в медотсеке, связист Дюпресси в своей каморке рядом с кают-компанией. Впрочем, слушать ему было нечего: никаких радиосигналов, кроме излучения в трехсантиметровом диапазоне.

    – Сейчас будет смена, Оки, – промолвил Коркоран и повернулся к Туманову. Первый навигатор был постарше его лет на восемь и, кроме бесценного опыта, отличался осторожностью и редким хладнокровием. – Сделаем так: ляжем на орбиту в пятистах-шестистах мегаметрах, но по другую сторону планеты, вне зоны наблюдения с Обскуруса. Выпустим МАРы – думаю, двух достаточно. Один подвесим как ретранслятор, другой пошлем к объекту. Что скажешь, Николай?

    – Вполне логично. – Туманов потер ладонью лысоватый череп. – Ну, пойду посчитаю, капитан?

    – Минуту. Праа, есть какие-нибудь соображения? Пилоты, у вас?

    Селина покачала головой, Бо пожал плечами. Серый предложил:

    – Может, без «филинов» обойдемся? Мы с Бонифацием возьмем «сапсаны» и слетаем, поглядим.

    – Риска больше, – возразил Туманов. – «Сапсан» на порядок крупнее МАРа. Опять же система поддержки жизни фонит, обнаружить легче… А выигрыш где?

    – Выигрыш в личных впечатлениях. Их ничем не заменишь. Вот когда я спускался к Юпу… или садился на Миневру у Арктура… или… – Пилот махнул рукой. – Словом, впечатлений были полные штаны.

    – Вот этого нам не надо. – Коркоран поднялся, отодвинул пустую чашку. Дядя Павел строго взирал на него со стены, словно напоминая: пришел твой час, сынок. Давно уже пришел, мелькнула мысль, и он, нахмурившись, промолвил: – Значит, так, бойцы: Туманов при АНК, Серый на управлении, Праа на вахте и держит в готовности информзонд, мы с Зибелем наблюдаем. Бо, ты поведешь «филинов» из дубль-рубки. Справишься сразу с двумя?

    – Хоть с четырьмя, капитан. Они послушные скотинки.

    Отдав салют, Сантини ринулся в неширокий коридор.