— Ральф, это кто?
— Это не собачья кличка, — пояснила старуха.
— Кто он такой, этот Ральф? Вы можете припомнить?
— Ральф, он здесь, — произнесла она.
— А фамилию его вы знаете?
— Не могу припомнить, — ответила старуха. — Он утонул.
— А другие внуки? Можете вспомнить мальчиков... или девочек?
— Бадди, — сказала старуха.
— Бадди? Кто это? Как его фамилия?
— Не могу припомнить. Где я?
— В Старой больнице неотложной медицинской помощи, — сообщил ей Хэггерти.
Четыре миллиона граждан Соединенных Штатов Америки страдают болезнью Альцгеймера. Ожидается, что приблизительно через 35 лет эта цифра утроится. Но не следует думать, будто все брошенные старики жалуются на прогрессирующую потерю памяти. Некоторые из них хроники, а другие просто стары и немощны. Старая дама, которую в этот день привезли в Неотложку, по-видимому, страдала болезнью Альцгеймера. Уход за такими больными в лучшем случае утомляет семью, а в худшем истощает ее. Их ни на секунду нельзя оставить без внимания, и ухаживающие за ними родственники из-за этого очень часто впадают в стрессы, отчаяние, безысходность, становятся наркоманами. Их здоровье разрушается, семья разоряется. Врачам не нужно было объяснять, почему Полли или кто-то другой сказал:
«Хватит!»
Двое из этих докторов были врачами.
Они дали клятву Гиппократа.
Но что им было делать, если под дверь их больницы подбросили больную, которой требуются всестороннее обследование и дорогостоящий персональный уход, а оплачивать счета за ее лечение некому?
— Можете ли вы рассказать нам что-нибудь о себе? — спросил Слоун.
— Я всегда мочилась в постель, а Полли это не нравилось, — ответила старуха.
Хэггерти вздохнул.
— Давайте позвоним в полицию. В отдел, занимающийся розыском без вести пропавших, — предложил он. — Может быть, она случайно забрела на ту железнодорожную станцию и заблудилась там. Может быть, ее ищут.
Эта возможность показалась Слоуну сомнительной. Да и разве ребята из 86-го участка не справлялись в Отделе розыска без вести пропавших перед тем, как привезти старуху в Неотложку? Скорее всего нет. У нас любят сваливать ответственность на других, подумал он.
— Ничего, авось обойдется, — проговорил он, а про себя подумал, что с этой старухой они еще хлебнут горя.
— Сколько с меня? Я могу сейчас расплатиться с тобой, — проговорил он.
— Это зависит от размера того, что вы заказываете, — ответил мальчик.
— Так, значит, мороженое может быть различных размеров? — спросил мужчина, вынув из кармана бумажник.
— Большого и маленького, — объяснил мальчик.
— А какая между ними разница?
— Маленькое вот такой высоты, — показал мальчик, его ладонь была в семи сантиметрах от верха стаканчика, — а большое вот такой, — его ладонь поднялась раза в два выше.
— Давай маленькое, — сказал мужчина.
— Будет сделано, — откликнулся мальчишка. Он потянул к себе рукоятку, и в стаканчик потек йогурт.
— Так сколько же с меня? — снова спросил мужчина, открывая бумажник, чтобы вынуть из него одну или несколько долларовых бумажек — столько, сколько ему следовало заплатить за йогурт. Он не взял протянутое ему мороженое, потому что не мог в одно и то же время держать стаканчик и отсчитывать деньги.
— Понятия не имею, — произнес мальчик, — я только начинаю. |