[2] Каждое из кормовых колес имеет наклон гребных плоскостей. Из-за чего раздельная регулировка оборотов колес позволяет ими довольно сильно подруливать. Бортовые колеса позволяют развернуться буквально на месте. Здесь радиус поворота побольше, но не сильно. Зато по ширине за габариты не выступают.

[3] Речь идет о восстание баби (1848–1852) годов.

[4] Здесь и далее идет пересказ концепции Хазина на уровне понимании автора.

[5] Венская модель — это система международных отношений, утвердившаяся после завершения Наполеоновских войн на Венском конгрессе 1813–1814 годов. Она добавила к Вестфальской модели принципы правления, основанные на легальности и легитимности. То есть, законности и признании.

[6] Вестфальская модель сформировалась по итогам Тридцатилетней войны в 1648 году. Она сформулировала модель суверенности, через формулу «чья власть того и вера». В широком смысле это распространялось на все аспекты внутренней политики для суверенного государства.

[7] На 1859 год совокупный долг дворян оценивался в 425 млн. рублей, при этом в залоге находилось 7 миллионов крепостных и 64% всех поместий. Ситуация в 1850 году вряд ли отличалась значимо.

Часть 3

Глава 9

1850, сентябрь, 13. Казань

Борис Семенович Якоби отпустил стопор катушки. И сразу же в небо стал подниматься странный сигарообразный объект. В пару сажень длиной[1].

Чуть завертелся, но почти сразу встал по ветру, сориентировавшись, как флюгер.

Подъем продолжился, а на бечевке «побежали» отметки выбираемой длины.

Десять сажень.

Пятьдесят.

Сто[2]…

Глухой удар. Несильный. Это бечевка, полностью размоталась и выбрав провисание, дернула тяжелую катушку, стоящую на массивном фургоне.

А в воздухе над Казанью поднялась модель аэростата очень необычной для этих лет формы, которую Лев Николаевич с Борисом Семеновичем Якоби проектировали с начала года…

Легкий каркас из бальзы, обтянутый лакированным полотном. А внутри баллоны из нескольких слоев хлопчатобумажной ткани, пропитанной желатином. Обложенных снаружи слоем рыхлого войлока в качестве теплоизоляции.

На первый взгляд — ничего такого… для 10−20-х лет XX века. Да и попозже вполне себе актуальное решение. Хотя, конечно, в те годы уже старались применять алюминиевые сплавы. Но и на бальзе можно было остановиться.

Правда, подъемную силу ему обеспечивал не легкий газ вроде водорода, а горячий воздух. Сейчас пока получаемый керосиновой горелкой, а в будущем — внутренним электронагревательным элементом.

Впрочем, всю обычность, пусть и модерновую, портило нахождение в его корме двухлопастного пропеллера. Которые «слетел» с блокировки только после того, как аэростат поднялся на максимальную.

Зачем он там?

Так, в центре масс, между баллонами располагался электрогенератор, от которого легкий, полый вал и шел к пропеллеру.

Да, это был ветряной электрогенератор.

Дикий, странный, но он вроде как получился.

И Лев Николаевич прямо-таки вдохновился этой идеей Якоби, высказанной им во время очередной посиделки. Когда они думали — где взять еще энергии, пока добыча и доставка ископаемого топлива не наладится. Это ведь годы, возможно, многие годы.

Да и потом…

Такое решение, если его отработать, выглядело очень полезным и в ближайшем будущем, и даже, пожалуй, в XXI веке. Ну а что? Передвижной электрогенератор для удаленных уголков и всяких временных объектов. В особенности ценный тем, что ему не требовалось топливо. Ну, разве что в самом начале немного керосина для первичного заполнения горячим воздухом…

— Стабилизировался, — произнес граф, рассматривая чуть колеблющийся аэростат.