– Что ты делаешь?

– Кормлю его.

– Он не заслуживает еды. – Сайлас стоял у стойки возле задней двери, методично разбирая и чистя винтовки.

– Мы не можем позволить ему голодать, – заметил Мика.

– Все знают, что ты отпустишь его при первой возможности, – заявил Сайлас Мике. – Ты снисходителен, потому что он твой брат.

– Это не имеет никакого отношения к делу.

– Имеет самое непосредственное отношение. – Сайлас ухмыльнулся. – Семья превыше всего, верно?

Каждое их слово ударяло Габриэля, как удар плетью. Он склонил голову, борясь с гневом. Он заслуживал этого. Но Мика нет. Но из за него каждый шаг Мики вызывал подозрение. Он терпел презрение, предназначенное для Габриэля.

– Мы даем ему еду, которую следует отдать остальным. – Уиллоу хлопнула перчатками по столу. – Это пустая трата ресурсов.

Мика нахмурился и посмотрел на Уиллоу.

– Ты на самом деле так не думаешь.

Ее губы сжались в тонкую линию.

– Не говори мне, что я думаю, Мика! Ты знаешь, что он сделал. Все здесь знают, что он сделал.

– Я знаю, что он сделал, – очень тихо проговорила Надира. – Он и его соратники убили сотни людей и потопили «Гранд Вояджер». Они выпустили биотеррористическое оружие на американской земле.

Габриэль вздрогнул. Перед его мысленным взором мелькнула девочка в желтом халате, такая юная и невинная, ее лицо выражало обвинение. «Ты сделал это. Ты убил меня». Боль пронзила его, вызвав желание вырвать свое предательское сердце.

– Он убил мою сестру и мою мать! – прошипела Уиллоу, не в силах сдержать свой гнев.

Надира моргнула. Она заправила прядь темных волос в платок.

– Да. И он убил мою лучшую подругу. Все в этой комнате потеряли кого то. Он заключенный. Он ответит за свои преступления. Но это не дает нам права морить его голодом или обращаться с ним как с животным.

– Он и есть животное. И никто не должен забывать об этом, ни на секунду. – Уиллоу вскочила со своего места и выбежала из кухни на задний двор, хлопнув дверью. Мика и Финн отодвинули стулья и пошли за ней.

Сайлас сгорбился на своем месте и пристально посмотрел на Габриэля.

– Она права. Ты – пустая трата ресурсов. Кто то должен отвести тебя на задний двор и избавить от страданий.

Габриэль дернул подбородком.

– Тогда сделай это!

– Может быть, я так и поступлю.

Если Габриэль не мог сделать это сам, может быть, кто то вроде Сайласа выполнит это за него. Если бы удалось спровоцировать Сайласа на гнев, который, как Габриэль понимал, кипел в глубине его души. Сайлас был зол – на что именно, Габриэль не знал, да ему и неважно. О чем мог переживать представитель элиты? Но, возможно, он мог бы использовать этот гнев в своих целях.

– Чего ты ждешь? Вы все только говорите? Все как я и думал. Ты просто бесхребетный червяк.

Сайлас ударил кулаком по столу. Вскочив на ноги, он бросился на Габриэля. Прежде чем кто то успел остановить его, он ударил Габриэля кулаком в лицо.

За глазами полыхнула боль. Но он не вздрогнул. В каком то ужасном, извращенном смысле ему было приятно. Вышло проще, чем он думал. Он наклонился вперед, дразня Сайласа кривой улыбкой.

– У тебя не хватит смелости.

Сайлас снова его ударил. Голова Габриэля откинулась к стене.

– Прекрати! – Надира попыталась схватить Сайласа за руку, но Сайлас оттолкнул ее. Тарелка выпала из ее рук, разбившись о пол кухни.

– Это тебе за Амелию, грязная крыса! – прорычал Сайлас.

Габриэль вздрогнул. Боль, пронзившая его лицо, не смогла унять чувство вины в его душе или жгучую боль в сердце.