— Нет, вкусная твоя рыба, нет сил удержаться, — оправдывался бедный Пафнутий, — ты уж извини…

— Ладно, сначала поешь, потом будешь говорить, сразу два дела делать ты не умеешь, — разрешила Марианна. — В конце концов, не такой уж ты голодный, раз ел по дороге, так что, надеюсь, с рыбой управишься быстро. Ешь, ешь, говорить буду я. Так вот, пока не стану больше ловить, ты ведь тогда не остановишься. А мне очень хочется услышать про жизнь бобров. Знаешь, пожалуй, я как-нибудь сплаваю к ним в гости, ты как к этому относишься?

— Хорошо отношусь! — ответил Пафнутий, потому что как раз управился с последней рыбой и теперь мог говорить нормально. И он подробно описал Марианне жизнь бобров.

С большим интересом выслушала Марианна рассказ Пафнутия, а когда он закончил, спросила:

— А про воду они что говорили?

— Про воду? — удивился Пафнутий. — Про воду они ничего не говорили. Вода там просто была.

Марианна вздохнула.

— За то время, что тебя тут не было, что-то нехорошее приплыло по воде, — пожаловалась она. — Знаешь, я сразу почувствовала — течением принесло что-то такое неприятное. Думала — показалось. А потом опять такая же волна накатила и опять неприятную воду с собой принесла.

Перестав обгрызать зеленые веточки на дереве, встревоженный Пафнутий повернулся к Марианне:

— Скажи толком, что за волна такая.

Марианна попыталась объяснить понятнее:

— Ну ведь по всей реке вода как вода, а одна струя чем-то пахнет нехорошим, так неприятно… Нет, не могу объяснить, никогда до сих пор не приходилось иметь дела с такой гадостью, так что и не знаю… Думала, бобры помогут понять.

— Неприятная струя, говоришь?

— Ох, неприятная — слабо сказано! — нервно воскликнула Марианна. — Отвратительная!

— А откуда же такая волна приплыла? — допытывался медведь.

— Оттуда! — махнула лапкой выдра. — Откуда вообще река течет. С течением и приплыла. Ведь все приплывает сюда с течением реки, против течения ничего не плывет, вот разве что рыба. И вонючая струя тоже пришла по течению.

— Так что же это такое? — хотел знать Пафнутий.

— Сто раз тебе повторяю — не знаю! — взорвалась выдра.

Пафнутий задумался.

— А сейчас она тоже тут воняет? — спросил он, подумав.

— Нет, сейчас ее в воде нет, — ответила Марианна. — Куда-то исчезла. Вот я и подумала: может, к бобрам поплыла. А они умные, возможно, знают, что это такое, и мне бы объяснили.

— Нет, к ним ничего такого не приплывало, иначе сказали бы мне, — покачал головой Пафнутий и снова принялся обгрызать веточки на десерт.

Марианна с раздражением наблюдала за невозмутимым, хладнокровным другом. И совсем вышла из себя, когда тот добавил:

— Ты не расстраивайся, может, оно опять приплывет, тогда оба понюхаем, глядишь, и поймем, что к чему.

— Очень надеюсь, что НЕ приплывет! — крикнула выдра.

На следующее утро к Пафнутию прилетел зяблик с сообщением, что Марианна зовет его. Надо сказать, момент выбран был не очень удачно. Поскольку, как уже говорилось, установилась хорошая погода, и звери знали, что она простоит еще долго, Пафнутий решил полакомиться медом. За погожие денечки трудолюбивые пчелы успели собрать неплохой запас меда, вот Пафнутий и подумал, что если немного у них позаимствует, они с лихвой восполнят недостаток в последующие дни.