– Да. Смелая вы женщина. А, если бы в вас стрелять начали?

– Я об этом не думала.

– Вам точно не нужна медицинская помощь?

– Нет – нет, спасибо, – Галина усмехнулась. Какая уж тут смелость! Скорее дурость.

– Петруша, – крикнул он в темноту.

– Я здесь, Александр Федорович.

– Возьми мою машину, отвези Галину…?

– Михайловна.

– Отвези Галину Михайловну домой.

– Нет. Пожалуйста, подбросьте меня до больницы. Куда увезли Беркутова?

– Отвези Галину Михайловну в первую городскую. Потом вернешься сюда.

– Будет сделано.

Кузьмин еще с минуту смотрел вслед прихрамывающей Галине. «Похоже, Беркуту наконец повезло. Только он сам еще об этом не догадывается. А женщина симпатичная, да и не растерялась в сложной ситуации. Да, это не Лерка, с ее глупыми страхами», – подумал он. То, что его друг будет жить, Кузьмин не сомневался.

Глава 20

Беркутов открыл глаза и тут же закрыл их снова. «Глюк от наркоза», – подумал он, увидев спящую на стуле женщину. Полежав еще несколько секунд, он вновь приподнял веки. Ничего не изменилось. На стуле, свесив голову на грудь, сидела Галина Голованова. Беркутов пошевелил рукой. Тут же острая боль заставила его вскрикнуть.

Галина открыла глаза и испуганно уставилась на Беркутова.

– Врача позвать? – почти шепотом спросила она.

– Нет, – точно так же тихо ответил он, – Вы как здесь оказались?

– Меня привез водитель Кузьмина.

– Вы уже и с Кузей успели познакомиться?

– Пришлось. Вы хоть помните, что произошло?

– Конечно. Мне прострелил руку, а не голову, – пошутил он.

Галина что – то пробурчала себе под нос.

– Что вы мне там втихаря пожелали? – Беркутов насмешливо смотрел Галине прямо в глаза. Она отвела взгляд.

– Я ничего «втихаря», как вы говорите, не делаю. Выздоравливайте скорее, – Галина сделала попытку приподняться со стула. Затекшие от долгого сидения в неудобной позе ноги отказывались ее слушаться, и она с громким шлепком снова опустилась на сиденье.

– Не судьба вам сегодня отсюда уйти.

Галина, наконец, посмотрела на Беркутова. Этот человек, только что очнувшийся от наркоза после операции, почему – то не вызывал в ней чувства подобающей случаю жалости. Он будил в ней здоровую злость. Решительно поднявшись, она прикрыла полой белого халата дыру на брюках. Беркутов, однако, успел заметить неполадки в ее гардеробе.

– Вы всегда в рванине ходите? Это, я слышал, модно…Среди подростков…, – он сам не понимал, зачем он ее так…задевает!

Галина невольно покраснела. Мысленно обругав себя «что я здесь делаю, дура старая», она поплотнее запахнула халат, отвернулась от кровати и двинулась в сторону двери. Раздался стон, халат где – то сбоку натянулся.

– Галя, ну, прости. Я растерялся. Открыл глаза, а тут ты спишь. Думал, все – на небесах.

– Хорошо, что не в аду, – мрачно пошутила Галина. Злость улетучилась.

– Вот. Тебе уже весело. Может, еще не все потеряно?

«Что он имеет в виду, этот невесть что возомнивший о себе майор. Сейчас отсижу рядом с раненым дежурные десять минут, и свалю. А кто за ним ухаживать будет? Попрошу Березина, пусть медсестричку к нему приставит. Оплачу, в конце концов, ее услуги.