Галина кинула на Березина испуганный взгляд.

– Что, последствия взрыва?

– Последствия. Только чьего – то вмешательства в личную жизнь твоей дочери. Беременна она.

– Ты что несешь, Березин! У нее даже мальчика нет.

– Ну, мальчика, может, и нет. А вот без мужского участия дети не получаются.

Галина замерла на стуле, крепко зажав пустой стакан в руке. Мысли, одна нагоняя другую, лезли в голову. Чувств не было никаких, кроме какого – то холодного недоумения.

– Почему она мне ничего не рассказала? Я ей кто?

– Рассказала бы. Я с нее обещание взял, что сама доложится. А она попросила меня молчать три дня. Думаю, вчера она тебя ждала, чтобы поговорить. Ты ее не пили. Ей непросто.

– Без тебя бы не догадалась! – глаза Галины опять наполнились слезами.

Березин молчал, мысленно ругая себя за то, что не сдержался и выдал Маринкин секрет. Слово, данное ей, он не нарушил, три дня прошло, но гаденькое чувство, что он в чем – то виноват, не отпускало. Он вдруг вспомнил, как сестра Галины Лялька, узнав, что скоро станет бабушкой, засмеялась нервным смехом и зачем – то подошла к зеркалу. Задумчиво глянув на свое отражение, она тяжело вздохнула и произнесла загадочную фразу: «И ничего-то я так и не успела. Всю жизнь думала, что вот – вот и…А теперь вот – бабушка». Он попытался было развить тему дальше, но она оборвала его на полуслове: «Дурак ты, Березин. Мы оба с тобой не успели». Он тогда безумно испугался этих слов, боясь поверить своему радостно забившемуся сердцу. И промолчал. И до сих пор не может себе этого простить.

Дверь распахнулась и в кабинет вбежала Маринка, а за ней, держа в руках объемистый пакет, Лялька. Маринка, не говоря ни слова, кинулась к матери.

Ляля вопросительно посмотрела на Березина и кивнула на дверь. Они вышли в холл, а из него на маленький балкончик. Березин достал сигареты из кармана халата.

– Как она у тебя здесь оказалась? – Лялька, как всегда, обошлась без предисловий.

– Не поверишь. Приехал утром, мне сказали, что ночью привезли милиционера с огнестрельным ранением. Захожу к нему в палату, а там – Галина. Сцена еще та. Наш больной держит ее за халат, а она, представь, вырывается. Детский сад.

– Это не детский сад, Володенька, а начало большого и светлого чувства. Ты мне скажи, его фамилия Беркутов?

– Да. Ты его знаешь?

– Видела мельком, когда он привез Галину в больницу к Маринке. Насколько серьезная рана?

– Правое плечо. Не смертельно, кость не задета. Ляля, я ведь Галине сказал про беременность Маринки.

– Не страшно. Она и сама собиралась сделать это вчера, только не дождалась ее и заснула. Ко мне приехала в шесть утра. Девочка нервничает много. Из – за брата тоже. Похоже, и с женихом у нее не все ладно. Кто он, не говорит. Заявила, что замуж за него не собирается, а про ребенка скажет. Я поняла, что он старше ее намного. Может, женат?

– Все может быть. Пойдем в кабинет.

Березин спрятал в карман зажигалку, которую во время разговора вертел в руках. Только сейчас до него дошел смысл Лялькиных слов о том, что они оба опоздали. Вот они стоят рядом, почти касаясь друг друга, на узком балкончике, а мысли и разговоры о Галине и ее дочери. Березин уже давно чувствовал себя членом этой большой семьи, и Лялька воспринимала его скорее, как брата, чем как мужчину. И ничего уже не изменить.

Глава 21

– Мама, ну не молчи.

– Начни сама, Мариша, и будем считать, что я ничего не знала.