– Не закрывайся от меня, – покачал головой Мален, – это все равно что прятаться за зонтиком от цунами.

Давление его Силы стало ощутимее. Алекс сцепила зубы. Говорил ли Джеральд ей что то такое, что может навредить ему самому, если об этом узнает Мален? Он, кажется, говорил ее что то про свои планы, но не упоминал, в чем они заключаются. А еще он показывал ей смерть жены. Вряд ли это большой секрет для Малена, который был участником тех событий. Или…? Щит становилось все труднее удерживать, и только совесть заставляла ее сопротивляться.

– Ты похожа на Камиллу Де Морильен больше, чем мы все могли представить, – вполголоса заметил Мален. – Бедняжка также с упорством боролась до последнего, хотя мы оба с ней понимали, что она проиграет. Но что то подсказывает мне, что ты даже упрямее, чем она. Наверняка это дикая кровь плебеев, которая влилась в ваш род для твоего рождения.

Алекс отложила вилку и покачала головой.

– Это не моя война, мистер Мален. Я не пытаюсь вас переупрямить или действовать вам назло. Я просто защищаюсь. Защищаюсь так, как научил меня Джеральд. Если он вас интересует, единственное, что я могу сказать, – он вас ненавидит за то, что вы убили его жену. Мне кажется, он очень ее любил. Зачем вы так с ними поступили?

Мален фыркнул.

– Вероятно, Джеральду проще обвинять меня  в том, что Камилла умерла, чем принять тот факт, что она сама  решила оставить его. Я ведь не вынуждал ее умереть. Нет нет. Она могла попытаться сбежать. В конце концов, попробовать бороться, как борешься ты, обманывая меня и подсовывая чужую кровь вместо своей. Она могла бы придумать что то, чтобы остаться с ним. Но она предпочла бросить его. Эту боль Джеральд и вымещает на мне. Да и на тебе. На всех окружающих.

Алекс покусала губы. С этой стороны она и не подумала взглянуть на ситуацию прежде.

– Все же, я хотела сказать, что могу понять, почему он ненавидит вас. Но за что вы так его ненавидите?

– Я? Ненавижу? – Мален с изумлением развел руками. – Ты ошибаешься. Джер мне как сын!

Настала очередь Алекс застыть от удивления.

– Но почему? – встрянула головой она. – После этого противостояния, после вашей взаимной борьбы почему вы называете его сыном? После того, как дважды на моей памяти пытались его убить!

– Ты наконец то поняла, что знаешь лишь одну сторону медали? – поддел ее Мален. – Непослушных детей иногда наказывают. Не без этого. В мое время наказания были суровее, чем ты привыкла видеть. Но я отдал Джеральду лучшие знания. Научил всему, что умел. А он впитал их. Я как никто другой знаю, что он выдержит, а что – нет. И не подвергаю его непосильным наказаниям. Я ударил его ножом на кладбище? Но он же не простой смертный, он – Пожиратель, способный излечиваться, и рядом с ним был его верный пес.

– Но сегодня вы его задушили?

– Поверь мне, девочка, – рассмеялся Мален, – если хочешь видеть врага мертвым, убедись, что его голова отделена от тела. Во всех других случаях в его смерть не верь. Это закон древних племен. Неужели ты думаешь, что Джеральда так легко убить? О, нет. Он был моим единственным джуниором за последние двести лет, и выбрал я его не просто так. Он смог приспособиться к тому положению, в котором оказался. Он тот, кто выживает несмотря ни на что и любой ценой. Он не ропщет на судьбу, не сдается, как бы ни было трудно, и не позволяет самому себя жалеть. Он смирился со своей природой и обратил ее себе на пользу.

Алекс не могла поверить своим ушам.

– Вы… восхищаетесь им?!

Мален улыбнулся.