Он первым поднял руку. Шериф тут же подобострастно взметнул вверх свою. Джеральд перевел взгляд на Стеллу и увидел, как ее глаза наполняются слезами. Женщина посмотрела на него, мысленно умоляя простить. «Я же предупреждала, что больше не могу тебя защищать. Ты всегда вел себя слишком дерзко, и вот итог».

– Ты – мой джуниор, Стелла, – напомнил он, – ты не можешь мне навредить.

– Она и не вредит, – заметил Мален. – Голосованием наш мэр лишь выполняет долг перед городом. Выдавать тебя будет не лично она.

– Нет, – покачал головой Джеральд, не сводя глаз с женщины и с неохотой добавляя в голос просящие нотки, – хотя бы ты…

Дрожащая рука Стеллы поднялась вверх, подводя итог. Джеральд почувствовал, что готов плеваться огнем. Развернувшись на пятках, он широким шагом покинул гостиную, не желая ни на минуту признавать свое поражение. За спиной зацокали каблучки Стеллы, но догнать Пожирателя ей удалось только на веранде.

– Уезжай из города, Джер, – горячо зашептала женщина, вцепившись ему в рукав, – бегите со Стивеном. Спасайте свою жизнь. Когда охотники уедут, я дам знать, и вы вернетесь.

Джеральд замер. Если бы в жизни все было так просто! Если бы бегством решались все проблемы!

– Я не могу.

– Мален выдаст кого угодно, если сестре ведьмы Питерс будет угрожать опасность, – простонала в отчаянии Стелла, – почему ты вообще не можешь оставить ее в покое?

Джеральд крепко зажмурился, призывая клокочущий внутри вулкан гнева успокоиться. Перед его глазами, как в худшем из кошмаров, возникло лицо Камиллы. Нежные, любимые черты, искаженные гримасой боли. И столько крови кругом. Тогда он в первый раз видел такое море крови. Губы жены Джеральда снова и снова шептали фразу, которая навсегда изменила его: «Ты должен этому помешать».

Он перевел тяжелый взгляд на Стеллу Хартли, похожую на ошпаренную кипятком и перепуганную кошку, и стряхнул ее со своей руки, бросив на прощание:

– Потому что если сестра ведьмы Питерс сойдется с Маленом, вы все умрете.

  19 –

Алекс вышла из бара, чувствуя, что едва держится на ногах. Кто бы мог подумать, что работа официанта окажется такой тяжелой? Заказов было так много, что приходилось бегать от столика к столику, не имея возможности присесть, и под вечер лодыжки наливались свинцовой тяжестью. Скулы сводило от необходимости постоянно улыбаться посетителям. Кроме того, клиенты были все время чем то недовольны: то пиво слишком теплое, то долго ждать бифштекс, то на скатерти обнаруживалось микроскопическое пятно, и Алекс приходилось выслушивать жалобы, убеждать и успокаивать.

И еще Джеральд. Требовалось собирать всю волю в кулак, чтобы не встречаться с ним взглядом, когда «Летящая пуля» под свист и аплодисменты зрителей выходили на сцену. Алекс постоянно казалось, что мужчина следит за ней, и она стала такой нервной и дерганой, что даже Кевин заметил, что работа слишком выматывает ее, и предложил все бросить. Но девушка лишь упрямо качала головой: не ради него ли она устроилась в бар?

Заканчивая смену, Алекс уже догадывалась, что Джеральд сегодня не в духе. «Летящая пуля» закончили играть раньше, потому что бас гитарист порвал струну и, в сердцах сбросив с себя гитару, просто ушел со сцены. Публика поддержала музыкантов аплодисментами, но его возвращения так и не дождалась. Алекс же выдохнула с облегчением: можно доработать спокойно.

«Литл Пойнт» закрывался в полночь, и когда девушка вышла на улицу, город уже засыпал. На безоблачном небе красовалась полная луна. Глядя на нее, Алекс ощущала легкую вибрацию в теле. Чувство, к которому еще предстояло привыкнуть. Сила. Так же, как предстояло привыкнуть к самовозгорающимся вокруг предметам и мысли, что нужно принять серьезное решение.