«Он хорошо справляется для мужчины, у которого никогда не было детей», — подумала Лаура. Дилан не забыл о присутствии Эммы, он продолжал разговаривать с ней, хотя она и не отвечала.

Они смотрели, как шар поднимается все выше. Алекс сел за руль грузовика, припаркованного на поле, а Брайан пошел вместе с Эммой и Лаурой обратно к гаражу.

— Дилан просил вас ехать за мной на вашей машине. Мы будем следить за шаром, — обратился Брайан к Лауре. — Пожалуйста, не спускайте с меня глаз. Мы никогда не знаем, в какую минуту придется развернуться и ехать в другую сторону. Вдруг кому-то станет плохо, ну, вы знаете. — Он улыбнулся ей, и Лаура решила, что ему известно, почему они спустились так рано.

— Хорошо, — она ответила ему улыбкой.

Усадив Эмму на заднее сиденье и пристегнув ремнем, она поехала следом за фургоном Брайана.

Алекс и Брайан ждали его. Дилан видел их, направляя шар на свое любимое место для посадки — пустое пастбище, принадлежащее приятелю-фермеру. Но смотрел он не на свою команду.

— Нас будет трясти при посадке? — спросила его женщина-пассажир.

— Ни в коем случае, — ответил Дилан, — посадка будет мягкой.

Женщина расслабилась во время полета и наслаждалась им вместе с мужем, но перед приземлением снова занервничала.

Направляя шар к пастбищу, Дилан увидел Лауру и Эмму и испытал облегчение. Облегчение и радость. Он хотел помочь этой маленькой девочке, но не знал как. Он видел изумление в ее глазах, когда наполнял шар горячим воздухом, и ему хотелось удержать это выражение подольше. Она должна заговорить. Обычно дети, видевшие, как он управляется с шаром, засыпали его вопросами и мучили своим любопытством. Они старались подойти поближе и тарахтели без умолку. Почему шар не загорается? Как им управляют? Дилан видел, что Эмму тоже мучают вопросы. Как, должно быть, тяжело не иметь возможности ни о чем спросить.

Дилан с головой влез в проблемы этого ребенка, но он был счастлив.

Он помог своим пассажирам выбраться из корзины, а потом вместе с Алексом и Брайаном принялся разбирать Шар. Пожилую чету он отправил обратно на машине Брайана, а сам поехал вместе с Лаурой и Эммой.

Как только Эмма переступила порог его дома, она сразу же бросилась к аквариуму и остановилась, завороженная красотой грациозных ярких рыб. Дилан встал рядом с ней, так близко, как она позволила, и стал называть каждую рыбку. Эмма крепко сцепила руки за спиной, подняла голову, чтобы видеть рыбок, в ее глазах отражались все цвета аквариума. У нее были длинные черные ресницы матери и маленький точеный носик. Прядь черных волос выбилась из конского хвоста, и Дилану отчаянно хотелось заправить ее за ухо, но он не осмелился. Он довольствовался тем, что стоял рядом с ней, увлеченный своим монологом. В груди у него щемило. Он испытывал непривычную нежность к этой девочке.

На завтрак они ели фруктовый салат и горячие бутерброды. Лаура задавала вопросы о шаре, которые задал бы ребенок, и Дилан понимал, что она старается ради Эммы. Он отвечал попроще, переводя взгляд с одной своей гостьи на другую. И хотя Эмма не поднимала головы от тарелки, он видел, что она внимательно слушает.

Лаура помогла ему вымыть посуду после завтрака, не спрашивая, почему у него нет посудомоечной машины. Эмма оставалась в гостиной.

— Ей понравились рыбки, — заметила Лаура, вытирая блюдо.

— А у нее был аквариум? — поинтересовался Дилан.

— Нет. Я купила ей морскую свинку по имени Майкл, но он умер.

— А как ты отнесешься к тому, если я куплю ей аквариум? — Дилан споласкивал стакан под краном, а сам представлял, каких рыбок купит дочери.

— Замечательная идея, — одобрила Лаура.

Дилан выглянул в окно.