Глиссер продолжал нестись по волнам. Через десять минут они увидели довольно большую моторную лодку. Истмэн встал и помахал рукой. Это была одна из лодок, курсировавших вдоль их маршрута. От нее отделилась волна, и глиссер страшно закачало, а Истмэн с размаху шлепнулся на свое место. Они пронеслись мимо лодки, и она стремительно исчезла у них за кормой.

Эббот подумал о торпеде, которая неслась где-то позади под водой на головокружительной скорости, не отклоняясь от курса. Он посмотрел вперед на человека, который вел глиссер, и увидел, как напряжены мышцы его рук и спины, сколько усилий он прилагал, чтобы удержать курс, и он еще раз оценил достижение Паркера — ошибка всего в полдюйма на сто ярдов. И это миля за милей.

Они проскочили мимо еще одной лодки и опять запрыгали на ее волне. Истмэн посмотрел на часы.

— Еще десять минут, — крикнул он и улыбнулся Паркеру. — Прошли десять миль, осталось пять.

Паркер энергично кивнул:

— Сбросьте немного скорость, — сказал он, — нам не следует слишком перегонять ее.

Истмэн повернулся и дал указания водителю. Рев двигателей еле слышно изменился. Эббот даже не ощутил, что они сбавили скорость. Волна за кормой так же стремительно, образуя прямую линию, тянулась к горизонту. Его мутило, шум был оглушающим, и он понял, что если они в ближайшее время не остановятся, его вывернет наизнанку. Этот водный спорт был не для него.

Наконец заговорила Жанетт. Она встала и, махнув рукой вперед, произнесла:

— «Звезда моря».

Эббот почувствовал облегчение. Его мучениям, кажется, приходил конец. Паркер повернулся и посмотрел на яхту, затем обратился к Истмэну:

— Не останавливайтесь. Продолжайте двигаться тем же курсом. Нам нужна торпеда, а не эта проклятая яхта.

Истмэн опять что-то сказал водителю, и они пронеслись мимо «Звезды моря», и опять впереди ничего, кроме зыбкого горизонта.

Паркер крикнул:

— Все смотрите назад. Она должна высунуть свой нос из воды, как бревно, и будет свет и немного дыма.

Все стали смотреть на море, но ничего не было видно, кроме уменьшающейся на горизонте «Звезды моря». Эббот чувствовал себя скверно. Он взглянул на часы и отметил, что бешеная гонка по Средиземному морю продолжалась уже тридцать три минуты. Он прикинул, что они, вероятно, прошли уже шестнадцать миль, если не больше. Что могло случиться?

Он вспомнил, что говорил Паркер о взбрыкивании торпеды. Что, если она, не остановившись на своих двенадцати футах, пошла вниз, в глубину? А если она окажется на глубине более шестидесяти футов, то, по словам Паркера, давление взорвет ее, и она никогда больше не всплывет.

Он взглянул на Жанетт, но выражение ее лица не изменилось. Что она сделает в этом случае? Можно было только догадываться, в какой она будет ярости. Паркер напряженно смотрел назад. Улыбка сошла с его лица, и круги под глазами обозначились резче.

Тридцать четыре минуты — и ничего. Тридцать пять — ничего. Эббот попытался привлечь к себе внимание Паркера, но тот был занят только морем. Провал, решил Эббот, и отчаяние охватило его.

Вдруг Паркер прямо подпрыгнул на месте:

— Вот она! — крикнул он взволнованно. — Справа! Заглушите эти чертовы моторы!

Эббот с удовольствием слушал, как снижают обороты и затихают моторы. Он посмотрел на море и увидел, как вдали высунулась из моря торпеда, — именно так, как описывал Паркер, и желтое дымное пламя тускло мерцало в солнечных лучах. Глиссер повернул к ней, а Паркер пустился отплясывать какой-то дикий танец.