Декин замолчал, и, шагая дальше, смотрел куда-то вдаль. Я увидел на его лице отражение неприятных воспоминаний и понял, что это будет редкая, а то и вовсе ни разу не рассказанная история.

Когда он продолжил, то говорил уже с резкой, нарочитой лёгкостью циника от рождения.

— Шесть лет под знамёнами. Мне повезло стать солдатом аккурат, когда снова начались герцогские войны. Если какой-нибудь уебан тебе скажет, что битва — это славная штука, то разрешаю вырезать его лживый язык. И всё же там я получил целую кучу ценных навыков. Резать человеку глотку лучше всего, когда он лежит раненый — надо зажать ему рот ладонью и наклониться над ним, чтобы остальные подумали, будто ты добрым словом облегчаешь ему последние секунды. Я узнал, как часто солдаты прячут самые ценные вещички в сапогах. Помни это, если доведётся когда-нибудь обыскивать поле битвы ради наживы. Но более всего служба научила меня, что знати плевать на жизни тех, над кем они себя поставили. По-настоящему их волнует только удвоенная жажда богатства и власти. Знаешь, маршируя за стенами отцовского замка, я узнал о своей семье куда больше, чем в нём. Оказалось, что всего-то дюжину десятилетий назад родня моего отца почти не отличалась от простых керлов.

Притязания Руфонов на это герцогство появились, когда предыдущий герцог выбрал не ту сторону в споре с каким-то королём касательно прав на воду, или что-то вроде того. Неважно. Важно то, что закончилось всё кровавой резнёй, после которой у обедневшего семейства из Амбриса оказались незначительные притязания на герцогство, которые король решил поддержать, поскольку бедняками управлять легче, чем богачами. Сытое брюхо после жизни впроголодь даёт огромную лояльность. И, что важнее, первый герцог из рода Амбрисов, сэр Милтрам, и сам был бастардом, как ты и я. Всё это записано в истории, если тебе захочется разузнать. А ещё там есть, но не так легко отыскать, что сэр Милтрам, заполучив место герцога, целый год потом разыскивал и убивал любого несчастного хотя бы с каплей крови старого герцога. Готовность сделать необходимое, невзирая на сомнения — издавна одна из отличительных черт моей семьи.

Первый герцог, несмотря на свои жестокие поступки и худородство, понимал нечто очень важное в отношении власти: её можно унаследовать по праву крови, но только проливая кровь можно её по-настоящему завоевать и удерживать. У Самозванца нет ни капли королевской крови, несмотря на все его притязания, но у него за спиной целая армия и неплохие шансы захватить трон у Алгатинетов. Бастарды и раньше высоко возносились в этом королевстве, и так будет и снова.

— Все они умрут, — сказал я как можно более спокойным и безучастным голосом. — Не щадим никого.

— Да. — Он мрачно улыбнулся и остановился, вынудив замереть и меня. — Вот, — сказал он, копаясь в недрах своей накидки из медвежьей шкуры. — Награда за твоё выступление на поляне. Только не разбазарь всё разом.

Он взял моё запястье, протянул свою лопатоподобную кисть и уронил в мою ладонь серебряный соверен.

— Я попросил Герту, чтобы она отказала другим клиентам, когда придём в Моховую Мельницу, — сказал Декин, положив руку мне на плечо, и мы пошли дальше по снегу. — На постоялом дворе для тебя будет отдельная комната. Когда будешь говорить обо мне спустя много лет, юный Элвин, говори хорошее, что бы там ни болтали другие.

Большую часть дня потом мы шли вместе, а он рассказывал о битвах, которые повидал солдатом, о сержанте, которого убил, когда дезертировал из-под знамени, и о своих многочисленных последующих приключениях. Мне нравится думать, что в тот день я узнал от Декина Скарла больше, чем за все предыдущие годы нашего союза.