Гриффин стоял спиной к Эймсу, стараясь уловить обрывки его разговора со стройным мужчиной с заплетенными в косичку редеющими каштановыми волосами. Алекс вспомнил просмотренные перед игрой досье – его звали Лей.

Алан Лей провел рукой по плечам Эймса.

– Кажется, здесь мускулы немного напряжены. Может, помассировать?

Лицо Алана оставалось совершенно бесстрастным, разве что его беличьи щеки надулись чуточку больше. Краем глаза Гриффин заметил, что Эймс отстранился.

– Послушай, Алан. Я уже объяснил тебе все прошлой ночью. Не то, чтобы ты мне не нравишься как человек, но просто все это не для меня. Я серьезно.

– Жаль, – вздохнул Лей. – Я бы мог здорово помочь тебе во время игры.

Это было ошибкой. Эймс ощетинился.

– Это при каких же обстоятельствах?

Он хотел сказать что‑то еще, но Алан почувствовал его враждебность и замотал головой.

– Нет, нет, я вовсе не это имел в виду, – он растерянно улыбнулся. – Как бы то ни было, впереди еще три ночи, и ты знаешь, где меня найти.

Гриффин почувствовал себя неудобно, подслушав такое, и отвернулся. Большинство игроков закончили еду и готовились к продолжению похода. Гриффин подсчитал, что восемь человек образовали пары: Честер и Джина, Темная Звезда и персонаж по имени Бован Блэк, Оливер и Гвен, Акация и Тони. Акация, казалось, искала кого‑то взглядом. Остальные игроки были одиночками, и следовательно, их нужно было проверить первыми.

Кроме того, информация о Фелиции Мэддокс – Темной Звезде – казалась заслуживающей внимания. Есть за чем понаблюдать, пока остальные озираются по сторонам в поисках драконов или чего‑либо подобного.

Глава 14. ЛЮДИ ВОДЫ

Местность оказалась болотистой. Вода перехлестывала через край ботинок Гриффина, и ему дважды пришлось останавливаться, чтобы вылить ее. Окружающее казалось ему совершенно реальным. Он не удивился бы, обнаружив присосавшихся к коленям пиявок.

– Чертовы игроки, – бормотал он. – Почему это не пустыня или не какая‑нибудь симпатичная гора?

– Как дела, Гриффи? – пропел у него над ухом грубый голос.

Он передернул плечами.

– Можете называть меня Гриффин или Грифф.

– Если это доставит тебе радость. Но мне больше нравится Гриффи.

Это безумие. Его опекала пятидесятилетняя кроха с уродливой алебардой за спиной, непрерывно распевавшая непристойные песни. Если бы мужчина осмелился назвать его Гриффи, то его зубы разлетелись бы в разные стороны, как попкорн. В случае с Мэри‑Эм он не мог понять, что сдержало его гнев – удивление или осторожность. Женщина была на удивление крепкой, как воин, роль которого она играла.

Честер подал знак, и колонна остановилась. Они достигли воды, которая простиралась во все стороны, насколько хватало глаз. На поверхности плавали растения и всякий мусор, а небольшие водовороты свидетельствовали о наличии подводной жизни. Гриффин вздрогнул. Реализм. Хендерсон о чем‑то совещался с Мейбангом, но Алекс не мог ничего разобрать. Он вернулся к Мэри‑Эм.

– Похоже, вы давно участвуете в играх.

– О да!

– А многих вы знали раньше? – небрежно спросил он.

– Вы хотите сказать, до начала этой игры? – она задумчиво почесала затылок. – Ну, с Честером мы старые друзья. Я опекала его, когда он впервые выступил в роли Мастера.

– Давно это было?

– Семь лет назад. «Экспедиция в гиперборейскую эру за Змеиным Кольцом Сета с пальца Тот‑Амона», – она довольно хмыкнула. – Там было столько работы для вора.